Головоломка

 — Бобби!

— Нам, Рейнольдс, придется подождать здесь, пока мистер Камерон не закажет, наконец, свои билеты, — сказал Кинг. — Но это не отнимет у него много времени.

— Бобби! — послышался крик Дианы. — Бобби! — Зазвонил телефон. Кинг снял трубку. — Алло? — сказал он. — Кинг? — Да, у телефона мистер Кинг, — он прикрыл ладонью трубку и обернулся к Питу. — Давай, Пит, пошевеливайся. У нас не так уж много времени.

В этот же самый момент он услышал в трубке голос.

— Смотри, не вешай на этот раз трубку, — сказал голос.

— Что? Простите! — сказал Кинг. — Так что вы сказали?

— У нас в руках твой сынок, Кинг.

— Мой сынок? Да что вы говорите?.. — Он обернулся и бросил быстрый взгляд в сторону входной двери.

— Бобби! — доносился оттуда зов Дианы. — Бобби, да отзовись же ты, ради Бога!

— Именно твой сын. Мы похитили его, — проговорил голос.

— У вас… у вас сейчас мой сын? — Диана бросилась к нему от двери. — Что? Что ты сказал? — Мой сын? — угасшим голосом повторил в это время Кинг.

— Последний раз говорю — твой сын Бобби у нас в руках. Понял наконец?

— Но это… это же невозможно.

— Дуг, что тут творится? — выкрикнула Диана.

— Ведь сын твой играл в зарослях подле дома, так ведь?

— Да, но… Послушайте, это что — шутка? Если это шутка, то…

— Никакая это не шутка, Кинг.

— Дуг, умоляю тебя, ради Бога, скажи им…

Он знаком попросил ее замолчать, а голос в трубке тем временем монотонно твердил свое.

— Так вот, слушай нас хорошенько, потому что повторяться я не стану.

— Минуточку, я хочу все это записать, — он протянул к себе бювар и карандаш и подошел с трубкой к бюро, растянув провод до предела. — Да, пятьсот тысяч долларов…

— Вот именно, — сказал голос, — купюры не должны иметь каких-то пометок и должны непременно быть мелкими. Понимаешь?

— Да, да, понимаю… Но это правда, что с ним ничего плохого не случилось?

— С ним все о’кей.

— Нет, нет. Я никуда не стану сообщать.

— Ты все понял?

— Да, черт побери. Я прекрасно вас понял, — Кинг отчаянно пытался придумать способ засечь телефон звонившего.