Головоломка

 — Мы ведь идем к твоему приятелю, не так ли?

— Еще не скоро, в двенадцать.

Кристин помолчала.

— Я очень люблю тебя, — сказала она.

— И я люблю тебя.

— Да уж конечно. Держу пари, что ты…

— Ш-ш-ш, ш-ш-ш, — он нашел губами ее рот, она обвила его шею руками. Он прижался к ней, взъерошивая и путая ее густые светлые волосы. Потом снова поцеловал ее, и она уткнулась лицом в его плечо. Он сказал: — Иди. Иди же ко мне.

— Но твой друг. У нас же нет времени…

— У нас еще есть время.

— Мы ведь должны…

— У нас еще есть время.

"— Но разве мы не…

— Еще есть время, — сказал он ласково.

* * *Берт Клинг читал воскресные комиксы, когда раздался звонок Кареллы.

Он бросил с сожалением последний взгляд на комикс с Диком Трейси и пошел к телефону.

— Слушаю, — сказал он.

— Привет, Берт. Это Стив.

— Хо-хо, — тут же отозвался Берт.

— Занят?

— Кончай наводящие вопросы. Что случилось? Что тебе нужно?

— Не будь таким деловым. Молодым это не идет.

— Я должен ехать в участок?

— Нет.

— В чем тогда дело?

— Моя сестра выходит сегодня замуж.

— Да? Почему же он не позвонит в полицию?

— Он уже позвонил. Мне. А теперь я звоню тебе. Есть желание пойти на свадьбу?

— В котором часу?

— Можешь приехать к двенадцати?

— Только я должен заехать за Клер в девять вечера. Она хочет посмотреть какой-то фильм.

— О'кей.

— Где ты сейчас? — спросил Клинг.

— Дома. Дартмут, 837. В Риверхеде. Так ты будешь?

— Да. До встречи.

— Берт!

— Что?

— Захвати с собой пушку.

— О'кей, — Клинг повесил трубку и вернулся к своей газете. Высокий блондин двадцати пяти лет, он сейчас, у себя дома, в одних трусах, казался значительно моложе. Руки и ноги у него были покрыты легким светлым пушком.

Он свернулся в кресле калачиком, снова углубившись в комикс, но потом решил позвонить Клер. Он вновь прошел к телефону и набрал ее номер.

— Клер, — сказал он, — это Берт.

— Здравствуй, любовь.

— Я иду сегодня днем на свадьбу.

— Не на свою собственную, надеюсь.

— Нет. Сестры Стива. Хочешь пойти со мной?

— Я не могу. Я говорила тебе, что мне нужно сводить отца на кладбище.

— Ах да, верно. Ну ладно, увидимся в девять в таком случае, о'кей.

— Хорошо. Кино идет в драйв-ине[3]. Ты как, не против?

— Прекрасно. Мы можем пообниматься, если станет скучно.

— Мы можем пообниматься, даже если не будет скучно.

— А что за картина?

— Да старая, — сказала Клер, — но я думаю, что тебе понравится.