Голодное сердце

Конечно, корабль повредили основательно, но не от перегрузки в атмосфере, а от удара о поверхность. Я не совсем точно рассчитала расстояние, и чуть не лишилась всех зубов, сломала нос, а дальше слушать врача и вовсе не захотела – зачем портить себе настроение. Главное – мы остались живы. Благодаря пилоту, я так считаю.

Как потом рассказал Дир, в себя я пришла только через два дня и, открыв глаза, снова увидела сидящего рядом Рантаира, похудевшего и усталого, он спал, привалившись к спинке кресла. Я осторожно села, свесив ноги, и ко мне тут же бросился Дир со стаканом воды.

Не торопясь выпила, поблагодарила, а потом, опустившись перед Рантаиром на корточки и положив голову к нему на колени, прижала его ладони к своим щекам. Он проснулся, но, не двигаясь, ласкал их кончиками пальцев, пока я не попросила:

– Пойдем лечиться к себе. Ты плохо выглядишь, и я думаю, тебе еще нельзя вставать.

– Я ему говорил, но он никого не хочет слушать. Приполз сюда и уже здесь свалился, – раздался голос Дара.

– Ты слишком много говоришь, ис! Может, мне сменить корабельного врача? – хмуро взглянув на Дара, прошипел Рантаир.

Я рассмеялась и заявила:

– А у тебя и корабля-то больше нет, я его вдребезги разнесла. Иса Дара к себе на корабль врачом возьму, если согласится, чтобы ты на него больше не шипел. Друг, называется!

У обоих сделались такие интересные лица, будто я им сказку о земных привидениях рассказала."

"Нам потребовалось несколько дней, чтобы прийти в себя, особенно Рантаиру. Как оказалось, нас переправили в императорскую резиденцию на Крап-чаге, где мы и прошли восстановительное лечение.

Я еще несколько раз разговаривала с отцом-императором, с матерью-императрицей, потом с папой эран Карсу и с самим Ронэром, который после знаменательных событий долго не мог прийти в себя и «посыпал голову пеплом». У них с Рантаиром даже завязалось нечто похожее на дружеские отношения. А ко мне Ронэр полностью изменил отношение. Можно сказать, дышать на меня боялся, особенно после того, как узнал о смягчении наказания.

Рантаир не отпускал меня ни на шаг, следил за каждым вздохом. Через несколько дней, когда ему стало гораздо лучше, мы пустились во все тяжкие.

О, мне достался самый ненасытный мужчина во Вселенной! Такое ощущение, что он решил за неделю наверстать годы воздержания. В конце концов пришлось установить лимит на секс, который я сама же и нарушила, не прошло и половины дня. Мы оба учились любить друг друга и все больше узнавали друг о друге.