Голодное сердце

Поэтому так и стояли, оцепив женщин и рокшан своеобразным кольцом, зорко наблюдая за окружающей обстановкой и единичными случайными прохожими.

Рантаир, надо отдать ему должное, пришел в себя за пару секунд и, сердито посмотрев на Еву, прошипел:

– Я убью Дара, а тебя закрою в спальне, чтобы больше такие новости от меня не скрывала.

Он плечом направил ее в нужную сторону и, вымученно улыбнувшись женщинам, кивнул охране, что они готовы идти. Поход длился несколько долгих минут, в течение которых Ева едва слышно усиленно извинялась за свой проступок и просила не злиться на Дара.

– Понимаю, ты беспокоишься о моем здоровье и безопасности, но и ты пойми: я должна была сама сюда прийти и поговорить с девочками. И беременность – это не болезнь, а вполне естественное состояние женского организма. Тем более что я всего два дня назад поняла, что беременна и умоляла иса Дара позволить мне самой тебе рассказать. Прости меня, любимый, но я не считаю, что совершила что-то ужасное, и, если ты не перестанешь на меня злиться, сама на тебя обижусь.

Вот! И вообще, в моем состоянии вредно волноваться, а ты меня нервируешь.

– Прости, Аттойя, я больше не злюсь, только не волнуйся! Надеюсь, это был единственный и последний раз, когда ты хранишь от меня секреты, тем более такие. Вокруг слишком много разных опасностей и много мужчин, способных причинить тебе вред. И нашему ребенку тоже.

Его нотацию прервали слова Женевьевы, которая шла рядом с молчавшей, улыбающейся Анитой позади супружеской четы и, не скрывая ехидства и в то же время радости, затараторила:"

"– Рантаир, она даже нам ничего не сказала.

Целый час расписывала, какой ты неземной красавец и потрясающий мужчина, но и минутки не нашла, чтобы сообщить, что беременна. Кошмар! Ей только двадцать три, а она уже замужем и беременна. А я в свои тридцать абсолютно одинока и бездетна. Вот как мне после этого в глаза людям смотреть?

– Не бойся, Жень, людям тебе в глаза еще долго смотреть не придется.

Глядишь, к тому времени исправишь жизненную ситуацию. – Ева успела так же ехидно вставить всего одно предложение, когда была снова перебита Женькой:

– Все равно, я так рада! Вы не представляете, что мы пережили с Анитой, когда пришло сообщение о твоей гибели. Мы поседели обе за пару минут, Ева! Анита вообще в обмороке целый час провалялась, а потом неделю ревела не переставая. Я вон похудела, пришлось все вещи перешивать.