Голодное сердце

Рывком Ева натянула на себя легинсы и длинное традиционное для рокшанок платье, чмокнула в губы опешившего от такого поведения Рантаира. У двери бросила короткий насмешливый взгляд на быстро надевшего штаны мужчину (он явно собирался следовать за ней) и уже готова была выскочить в коридор, но в этот момент раздался сигнал вызова. Нажав на панель, девушка открыла дверь. На пороге стоял ис Труне, первый пилот. Увидев перед собой Еву, он вспыхнул радостью и восторгом, но, заметив полуобнаженного Рантаира, судорожно сглотнул и побледнел, непроизвольно делая пару шагов назад от двери вглубь коридора.

– Наемники сообщили, что час назад «экспресс» вышел в заданный сектор из гиперпространства. Они ведут его до Фабиуса. Через двое суток будут на планете.

Заметив, каким счастьем загорелись глаза красноволосой эльтарины, Труне почти перестал опасаться Рантаира, рывком подскочившего к ней и с радостной улыбкой прижавшего ее к себе.

Даже за три месяца, прошедшие с того момента, как они нашли аварийный шлюп с раненой землянкой, ис Труне все никак не мог привыкнуть к тому факту, что его хозяин, смертельно опасный для любого живого существа, нашел свою лианэ, и она испытывает удовольствие от его рук и к тому же действительно любит его.

Труне шел по коридору корабля, не обращая внимания на встречавшихся членов экипажа, посмеиваясь и в то же время удивленно покачивая русоволосой головой. И только достигнув рубки и с удовлетворением опустившись в рабочее кресло, он пришел к окончательной мысли – мир настолько стремительно меняется, что простому пилоту, такому как ис Труне, не успеть за всеми изменениями, остается лишь принять их как данность.

Да, мир меняется, но пока эти изменения ему нравились. Нравилась и эльтарина Ева, и эльтар Рантаир – они прекрасные рокшане и несут в мир только добро, приключения и кучу положительных и вкусных эмоций.

Снова проверив данные на экране, Труне встал и подошел к небольшому головизору, показывавшему поверхность, космопорт планеты Фабиус и его окрестности. Они торчали тут целый месяц и все уже немного устали, но никто не сказал ни единого слова.