Голодное сердце

– Меня зовут Дюсан Ай Йарин, вы находитесь на корабле моего брата Корвана Ай Йарина, но являетесь моей собственностью, поэтому к вам больше никто не посмеет прикоснуться. Я гарантирую это своим именем.

– Вы ошибаетесь, мы принадлежим Ла Роли, а не вам, но мы очень благодарны за вашу защиту от этого животного. – Ну почему Света не может держать язык за зубами?!

Я в отчаянии застонала, с ужасом глядя на разговорившуюся подругу. Заметила, как Вера локтем ткнула в ребра сестру, и та, подпрыгнув от боли, заткнулась, виновато глядя на меня.

Зато Дюсан напрягся и прошипел, не сдерживая чувств:

– Нет, женщина, это ты ошибаешься! На вашей нежной шкурке не стоят знаки клана Ла Роли, хотя я вижу, что сандян они успели вам вручить: пусть воют их духи от глупости своих хозяев. Так что теперь вы принадлежите мне, причем все трое. Вы можете сами решить, какая из вас станет моей, я чувствую вас троих, и хотя ни одна из вас не является моей истинной парой, я не так глуп, чтобы ждать чуда, и заявлю свои права на любую из вас.

Слишком велик соблазн, – и, облизываясь, глянул мне в глаза, а потом так же жарко обвел взглядом моих подруг.

Я заметила, как они обе побелели от такого предложения. Но мне некогда было расслабляться. Особенно сейчас.

– Простите, Дюсан, а можно узнать, что такое сандян? И можно немного узнать про ваши права и пары, а то мы не местные, обычаев не знаем. И еще очень интересно, если из нас троих вы выбираете одну, то куда денете двух других? Мы сестры и не сможем жить друг без друга.

 – Проговорив все на одном дыхании, я невинно распахнула глазки пошире и нежно посмотрела на него. От моего взгляда леморанец странным образом немного вспотел, подобрел и ответил на вопросы:

– Сандян – это вместилище духа его хозяина. Его получает самка от своей пары самца в тот момент, когда он заявляет на нее права. Потерять сандян – значит лишиться духа и его защиты, что равносильно самоубийству. Мне не понятно, почему этот осколок Саса[1] не пометил тебя как свою, – в этот момент леморанец задумчиво смотрел на меня.

 – Неужели растаял от твоего вида или запаха? – Он снова задумчиво посмотрел на меня, потом, так же пристально оглядев остальных, встряхнул головой, отгоняя ненужные мысли, и продолжил: – На нашей планете после войны с совдехами почти не рождаются самки, и мужчины с самого рождения начинают готовиться к поиску, служению и охране своей половины. – Слушая его, мы зачарованно смотрели на него.