Голод. Одержимые

Когда после очередного ужина в элитном ресторане, куда я позволяла надеть себе одно из нарядных платьев на тонких бретелях и сделать маломальский макияж на лице, Давид вез меня домой, я заметила машину.

Она уж несколько минут следовала за нами. Когда Давид попрощался, и я подошла к общежитию, то и эта машина выключила фары. Затаилась.

На моем лице тут же возникла улыбка.

Тело задрожало от предвкушения. Я поняла! Он охраняет меня. Он все еще обо мне думает. Следит. Наблюдает. Волнуется. По коже протопали маршем мурашки, и я тут же отправилась наверх.

Именно здесь, в этой маленькой обшарпанной кабине, я предавалась мечтам о любимом.

Пустила обжигающую, как поцелуи Макара, воду.

Медленно, не торопясь, нанесла на тело гель для душа.

Вдохнула хвойный аромат, которым пользовался любимый и принялась ласкать свое тело.

Сначала шею, я долго водила по ней руками, ровно так, как делал он, чуть сжала и направила руки вниз, намылила грудь и стала стискивать их пальцами.

Причиняла себе боль, которая мигом пронзала импульсом лоно, увлажняло его не меньше, чем вода, стекающая по телу."

"Ноги уже не держали, я желала кончить. Думала о Макаре, представляла его руки на себе и жаждала кончать с шумным заполошным дыханием, со слезами на глазах.

Он думает обо мне. Наверняка натирает ствол, воображая, как я полирую его ручками, язычком, как обтягиваю губами.

Как глубоко сосу. Сильно.

Моя рука уже между ног, и я прикусываю губу. Хочу его сюда. Хочу, чтобы его желание грубым толчком пронзило меня. Заставило дрожать в сильных, увитых венами руках.

Тело прошиб ток. Я затряслась, продолжая остервенело тереть себя пальчиками, щёлкать клитор всё чаще, пока с губ не слетел сиплый стон и я просто не покосилась и не угодила на пол. Просунула пальчики глубоко внутрь, сразу три, ощущая одуряющую наполненность. Но и этого было мало. Член Макара больше.

Вынимаю пальцы и беру в рот, слизываю влагу, представляя, как он целует меня, после того как сделал языком приятно.

Выйдя из душа, ощущая окрыление, я с улыбкой приблизилась к своей комнате.

И тут же оцепенела.

За ней раздавались оглушающие крики. Из соседних комнат высунулись несколько мордашек, но я строго зыркнула на них, перевела дыхание и толкнула дверь.