《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

Холодная улыбка изредка касалась царских уст, покуда Иоанн наблюдал за своим краичим.

Под конец трапезы юноша занял место подле государя. Мария испила из кубка, пряча лукавую улыбку.

Едва в дверях заслышались спешные шаги. Фёдор тотчас оживился, обратив взор на вошедшего.

Холоп встал в дверях да упал в земном поклоне.

- Милостивый государь, не губи, но вели слово молвить, царь-батюшка! – взмолился пришлый мужик.

- Только ежели вести добрые, - тихо произнёс Иоанн, глядя на крестьянина.

Басманов поддался вперёд, готовый внимать.

На лице посланника мелькнуло мгновенное смятение, но, сглотнув, мужик продолжил.

- Нынче отец Филипп шлёт поклон свой, и велел ответ его передать, что примет чин митрополита, - доложил крестьянин.

Басманов поджал губы и перевёл взгляд на царя.

- Вот как? – с улыбкой произнёс Иоанн, поднимаясь из-за стола.

Фёдор откинулся назад на кресло, и следил за государем. Улыбка не успела исчезнуть с его уст, когда царь не глядя взял свой посох.

Басманов не успел ничего понять, как владыка с резким ударом свалил холопа наземь.

Мария подскочила с места да схватила за плечи царевичей. Фёдор бросил беглый взгляд на царицу, уводящей детей прочь, и сам Басманов тотчас же метнулся к царю.

Фёдор едва не подставился под новый удар, обходя ко владыке. Опричник отпрянул назад, и когда Иоанн бросил на него свой взгляд, распалённой злостной ненавистью, несчастный холоп бежал прочь, держась за лицо, разбитое в кровь.

Царь швырнул посох наземь, упершись руками о стол, дыхание закипало лютой злобой.

Насилу владыка расцепил руки, снеся со стола серебряное блюдо. Метал с грохотом рухнул на каменный пыл, и гулкое эхо разнеслось под высокими сводами.

Иоанн самозабвенно шептал глухие проклятья, как вдруг его прервало осторожное прикосновение к плечу. То был Басманов.

Юноша глядел в глаза Иоанна, поднося ему чашу с вином.

- То не стоит гнева вашего, мой царь, - произнёс опричник, пока владыка принял кубок из его рук.

Царь ухмыльнулся и выплеснул вино в лицо слуге, а кубок швырнул в стену.

Басманов плотно стиснул зубы, стянув белое полотенце со стола. Юноша вытер лицо, покуда владыка возвращался на своё место во главе стола.

- Не стоит, говоришь? – вопрошал владыка, с насмешкой глядя на опричника.

Фёдор кинул полотенце на пол, занимая место напротив владыки.

- Помнится, - произнёс Басманов, - вы хотели, чтобы Филипп стал митрополитом?

- Хотел? – переспросил Иоанн, будто бы и впрямь не расслышал. – Нет. Я отчаянно молил. На коленях.