《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

Громкий удар отозвался по всей палате, покуда опричники расходились. Фёдор остался у порога, обнажив саблю. Вяземский сел подле Алексея, а Кузьма стал позади княгини Челядиной.

Басман-отец несколько выждал, постукивая пальцами по столу. Цокнув, Алексей взял со стола кубок с вином и смочил горло. После того Басман швырнул посудину в стену, заставив хозяина дома посторониться.

Иван Петрович держал себя пред опричниками достойно, и не казал своего страху. Суровость не сходила с его лица, покуда он глядел в глаза Басманову.

Афанасий подал знак Кузьме, и мужик схватил княгиню за руку. Тяжёлый нож его был наготове.

Челядин сглотнул, и, когда Алексей увидел этот лютый испуг в очах земского судьи, лишь тогда опричник приступился к речи.

- От давай теперича и потолкуем, - молвил Басман, утирая свои усы. – Ведал же ты, что племяшку опричника вешаешь?

Кузьма схватился за нож крепче, готовясь сечь по первому же знаку своего барина. Княгиня замерла ни жива, ни мертва, лишь бела рука её холодела от лютого страху.

Едва Иван хотел было дать ответ, как Басман упредил его жестом.

- Не ври мне, - твёрдо произнёс Алексей.

Челядин сглотнул.

- Ведал. – глухо отозвался князь.

Афанасий кивнул Кузьме. Мужик замахнулся, и со всей силы ударил по столу. Нож прорубил расшитую скатерть, и вместе с нею вонзился в дерево. Раздался громкий крик, княгини, но она осталась не тронута. Женщина прижимала к груди руку, точно не веря, что не лишилась её.

Опричники же подняли на смех испуг обоих супруг Челядиных. Спустя пару мгновений Алексей унял братию, ударив по столу пару раз."

"- Послушай оно чего, Ванька, - произнёс Басманов. – Эко же ты сделался героем средь земских! И право, по заслугам!

Опричник похлопал судью по плечу, точно и вправду по-дружески. Челядин не мог посторониться, не отойдя из оцепенения.

- Вот что скажу! – молвил Алексей, положа руку на сердце, - Ты ж в самом деле полюбился мне! Всяко боле, нежели крысёныш Бельский, али ещё кто из ваших.

Челядин опустил взгляд, кротко кивая.

- Помилуйте. – тихо произнёс Иван.

Алексей ухмыльнулся, откинувшись назад. Опричник махнул пред собой, готовый внимать.

Князь не смел обратить взора на жену, встал со своего места и преклонил колено пред опричником. Басманов самодовольно усмехнулся, поглядывая на княгиню.