《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

В матери Фёдора угадывала она черты супруга своего – брови соболиные, гнутые, нравные. Бела лицом Светлана, да волосы черны как смоль – едва и выбились пара прядей из-под расшитого платка. Женщина она была видной что ныне, в годах жатной осени своей, что двадцать лет тому назад, когда просватана была да отдана за Алексея Даниловича.

Взгляд у барыни был холодный, пронзительный. Юной невестке сразу сделалось не по себе. Упала Варвара в поклоне в ноги свекрови, да Светлана подняла девицу, чуть придержавши за плечо.

- Экую ж ухватил! – громыхнул голос Басмана-отца.

Алексей взошёл на крыльцо, опершись рукой о перила, да оглядел жену, залюбовался. Свекровь благословила молодых.

Гуляния продолжились во дворе – никому не охота была заходить в терем, покуда такое раздолье!

Государя, верно, и впрямь ожидали на свадьбе, ибо было уготовано особое место, притом не лишь для Иоанна, но и для царицы, и для царевичей.

Сам же великий князь, не переменявший скромного своего одеяния, верно, вовсе и не примечал холопов, что с замираньем сердца бдели, кабы волю царскую исполнить. Много боле занимался Иоанн, внимая песни юного Басманова.

В поместье держались гусли, едва ль уступающие тем, что бренчали на царских пирах. Фёдор затевал простецкие песни, чтобы уж что братия, что друзья Сицких могли подхватить, и всяко Иоанн внимал лишь одному голосу.

Притом, плясали и девицы из крестьянских. Ко свадьбедному застолию сыскали самых ладные да бойких на пляски. Фёдор же с лихой удалью кружился в ихних хороводах, и сам пребойко подыгрывал, да распевался с ними.

- Вдоль деревньки реченька течёт,

Чёрны волны плескаются,

Вдоль деревеньки, вдоли родной

течёт, течёт, да не кончается.

Душенька мятежная лишь о нём поёт,"

"Лишь о нём поёт, да он всё не явится.

Душенька мятежная лишь о нём поёт,

Лишь о нём поёт, да он всё не явится.

Над печалью моей, над тоскою,

Да над горем моим, горем горьким,

Плачут ивы млады над рекою.

Плескаются волны звонки.