《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

- А я-то всё гадаю, где же отпрыск Басманов пропадает! – князь радостно всплеснул руками и крепко обнял Фёдора.

- Чего ж гадать? Будто бы прячусь я, в самом деле. – улыбнулся юноша, проходя мимо рынд.

Парня провели к царю. Государь восседал на троне, вынесенном накануне. Его окружали бояре самого приближённого круга. Было их немного – пять человек, считая самого государя, Басмановых и князя Хворостина.

Иоанн восседал на троне, глядя куда-то вперёд отсутствующим взглядом. В правой руке он держал свой посох с резными узорами и острыми наконечником.

Сейчас он боле походил на каменное изваяние, нежели на человека из плоти и крови. Фёдор в том лишь сильнее убедился, когда склонился в поклоне, взял руку государя и прислонился губами к кисти. Она была холодна, точно жизнь, если когда-то и пылала в ней, уже угасла.

Иоанн медленно перевёл взгляд на юношу, чуть опустив голову. Фигура его, облачённая в шубу широким воротником из густого длинного меха, казалась особенно величественной.

Фёдор подошёл к отцу. Они пожали друг другу руки и обнялись, скорее, как воины, нежели как отец и сын.

Раздался громкий клич, объявляя скорый миг жестокой потехи.

Множество взглядов устремились вниз, во двор, куда выпущены были холопы. По обыкновению, люди эти уличены были в страшных прегрешениях, однако сейчас едва ли среди зрителей находились те, кто задумывались на миг об этом.

Пока мужики, едва ли не босые, разбегались россыпью по всему двору, следом спущены были цепные псы. Презлейших собак, коих сыскали по всей Слободе, а бывало, что и привозили из иных городов, подолгу держали впроголодь.

Оттого звери и бросались в исступлённом безумии на людей, вонзаясь в них.

То, что холопам не было дано оружия напрямую, решалось тем, что холопы хватали с земли камни, да и всё, что попадалось под руку.

Поднялся шум, вобрав в себя вопли, крик, вой и лай, а вместе с тем и громкий басистый смех бояр и воевод."

"Забава эта затрагивала всех зрителей, что собрались, однако, когда Фёдор перевёл свой взгляд на царя, ясно было, что государь и мыслями, и душою своей едва ли следил за грызнёй внизу.

Взгляд его оставался потухшим, хоть и изредка следил, то за одной озверевшей дворнягой, то за другой.

Фёдор вновь опустил взгляд вниз, глядя на очередную партию псов, которую выгнали лишь сейчас.

- Сколько ещё выпустят? – спросил юноша, обращаясь к Хворостину.

- Псин-то? – спросил князь.

Фёдор кивнул.

- Так вроде ещё дюжину. – ответил Хворостин, почесав затылок.

- Не лихие они сегодня.