《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

donationalerts.com/r/jack_gelb

Земной поклон!

Глава 2.13

- И ныне, и присно, и вовеки веков! – протянул настоятель храма Василия Блаженного, облачённый в рясу для воскресного служения.

Ныне на воскресной службе премного прихожан явилось. Хор земных голосов молили Царя Небесного о прощении и заступничестве, об наставлении на путь истинный, об здравии и упокоении рабов Божьих.

Обступил народ скопленье мрачных фигур – то были царские опричники во главе со своим государем. Грозные фигуры их были словно сотканы из тени, и даже свет лампад и свеч, даже свет дневной, что бился сквозь узкие высокие окна никак не пробивал из одеяния.

Иоанн перебирал свои деревянные чётки, помня имя каждого убиенного по его гласному али безмолвному повелению. Нынешним утром отдал царь пятьдесят серебряных рублей за помин души князя Горенского, что казнили накануне.

Холод пробил Иоанна. Он стоял посреди церкви, силясь сквозь поднимающийся звон в ушах расслышать хоть единый человеческий голос. Шум лишь нарастал. Царь схватился за висок, точно силой удерживая рассудок внутри главы раскалённой.

Точно гром средь ясного неба озарило виденье Иоанна – будто бы стоит он один в церкви, да подле него нет ни братии, а прихожане всё будто в миг в воздухе растаяли.

Царь обернулся взором к выходу из церкви, да тотчас же очи его залились светом, и не мог ничего развидеть, кроме фигуры старца на пороге святой обители.

- Филипп? … - с тихим трепетом сорвалось с губ Иоанна, в то же мгновение обрушился весь образ.

Вновь же государь стоял в Соборе Василия Блаженного.

Вслепую искал царь опоры, да стены точно ожили, и будто бы сторонились его, точно прикосновенье этой руки могло навеки опорочить эту обитель. Иоанн пошатнулся на ногах, теряя под собою землю. Выбившись из равновесия, царь непременно бы рухнул наземь, да резко ощутил крепкую хватку под своим локтем.

- Помогай! – раздалось вблизи, совсем рядом, но знакомый юношеский голос звучал точно сквозь толщу воды.

Без промедления Иоанн положил свою руку поверх кистей своего слуги. В том не было нужды, ибо опоры то не несло никакой, да то прикосновение было необходимым. Царские глаза ещё были поглощены пеленой, но прикосновение к этому атласу кожи было чувством иного порядка.

Рассудок возвращался к Иоанну, когда двое его воевод – Басман-отец да Вяземский, взяли его под руки, не дав упасть прямо во время церковной службы.