Голод 2

Разве похитители не должны одеть мешок на голову и кинуть куда-нибудь в подвал?

А что потом?

Требовать выкуп?

Я покосилась на комнату ещё раз, отмечая про себя, что судя по этому волшебству вокруг, похитители особо в деньгах не нуждались, да и я не была дочерью миллионера или политика, которого можно было бы заставить принимать сложные решения.

Я буквально подпрыгнула на кровати, почувствовав новую вспышку боли, которая, впрочем, уже не была ужасающей и нестерпимой, когда где-то справа от меня открылась легко дверь, и в комнату вошла молодая женщина.

Она не улыбалась и не смотрела на меня, глядя исключительно в пол, когда подошла к кровати, где продолжала лежать я, прячась за шелковым покрывалом от этого непонятного мира вокруг:

- Госпожа, вы проснулись. Я должна осмотреть вас.

Я знала этот голос и выдохнула с долей неподдельной радости:

- Габи!..

Но поняла, что моя радость была столь же напрасной, сколь напрасными были мои надежды на страшный сон и пробуждение от этого кошмара.

Потому что услышав своё имя из моих уст, женщина сконфуженно содрогнулась, резко приподняв свою голову, и, всматриваясь в меня своими красивыми глазами, которые в полумраке выглядели почти черными, испуганно протянула:

- …откуда вы знаете мое имя?

Она была не просто растерянна этим.

Она была испугана.

И на секунду я растерялась, пробормотав поспешно и отрывисто:

- Я слышала ваш голос, когда….

– видя, что Габи побледнела, я не смогла произнести и слова о похищении, хотя почему-то была уверена, что она знала об этом от своего мужа, - Когда…вы оказывали мне первую помощь….

Не знаю, успокоил ли её мой ответ, но Габи поспешно опустила ресницы в пол, словно испугавшись того, что она подняла глаза за меня, как-то вся скукожившись. И, глядя на неё, я отчетливо понимала, что не смогу найти поддержки и просить помощи.

- Могу я спросить?... - осторожно начала я издалека, боясь снова испугать женщину излишними эмоциями, когда она буквально вся собралась в тугой комок, быстро заговорив:

- Я просто делаю свою работу, госпожа! Позвольте, я осмотрю вас и уйду!

И слушая её, я теряла последние крохи на спасение, потому что Габи была не на шутку напугана и только что дала понять, что она сама мечтает сбежать из этого места, как только закончит свою работу.

И я не могла её винить в этом.