Глаз тигра. Не буди дьявола

Смотри! Там уже установили пулеметы. Увидимся на том свете, мой мальчик."

"Себастьян быстро оглянулся на немецкий корабль и на капитанском мостике увидел группу людей в белоснежной форме.

* * *– Ja, да там кое-кто еще барахтается, – сказал Флейшер.

Он позаимствовал у капитана бинокль и осмотрел замусоренное обломками место, где затонуло разбитое суденышко.

– Капитан, не пора ли воспользоваться вашими «максимами»? Было бы гораздо быстрей, чем отстреливать их по одному из винтовок.

Капитан фон Кляйн ничего не ответил.

– В гибели всякого корабля есть все-таки нечто печальное, – пробормотал он. – Даже такого маленького и грязного. – Он вдруг расправил плечи и повернулся к Флейшеру. – Ваш катер, комиссар, ждет вас в устье Руфиджи. И я сейчас доставлю вас туда.

– Но сначала покончим дело с этими… уцелевшими.

Выражение лица фон Кляйна сделалось жестким.

– Комиссар, я потопил это судно потому, что считал это своим долгом.

– Тогда вы должны их всех выловить. Я должен их арестовать и отдать под суд.

– И в полиции я не служу, – отозвался капитан, и лицо его немного смягчилось. – Вон тот, кто палил в нас из винтовки. Мне кажется, он человек не робкого десятка. Возможно, конечно, он преступник, но, живя в этом мире, я еще не успел очерстветь и умею ценить мужество как таковое.

Лейтенант молчал, недоверчиво глядя на командира.

– Вы меня слышите?

– Да, мой капитан.

– Тогда исполняйте, это приказ.

Не обращая внимания на визгливые протесты Флейшера, фон Кляйн подошел к штурвальному:

– Изменить курс так, чтобы пройти мимо уцелевших на дистанции не меньше пятидесяти метров.

* * *– Вот он, идет на нас, – скупо оскалившись, невесело произнес Флинн, глядя, как крейсер тяжело разворачивается в их сторону.

Вокруг раздавались жалобные, как крики чаек, вопли плавающих на воде людей: они молили о пощаде, совсем крохотные и жалкие на необъятных просторах океана.

– Флинн! Посмотри на капитанский мостик! – донесся до него голос Себастьяна.