Глаз тигра. Не буди дьявола

При ровном белом свете, работая бок о бок, мы выкопали в песчаной почве пару неглубоких ям – в нескольких футах от того места, где лежали ящики с гелигнитом и автомат «ФН» с боеприпасами.

Уложили в ямы золотую голову, сундук с камнями, присыпали песком, а потом я взял пальмовый лист и стал разравнивать почву, уничтожая следы наших трудов.

– Теперь спокоен, Гарри? – наконец спросил Чабби.

– Угу. Спокойнее, чем был, Чабби. Ступай поспи.

Он забрал фонарь и, не оглядываясь, ушел в пальмовую рощу. Я знал, что не усну – упражнения с шанцевым инструментом прочистили голову и разогнали кровь, – и не видел смысла возвращаться в пещеру, чтобы тихонько лежать рядом с Шерри до самого рассвета.

Мне хотелось забиться в тихий уголок и обдумать следующие этапы этой запутанной азартной игры. Я выбрал тропинку, ведущую к седловине меж двух скал – тех, что поменьше, а пока шагал в гору, ветер развеял последние облака и обнажил бледно-желтую луну. До полнолуния оставалась неделя, но света было предостаточно, поэтому я рискнул сойти с тропинки и стал взбираться на вершину.

Нашел укрытое от ветра местечко, устроился и пожалел, что не захватил с собой курева, ведь с чирутой во рту мне думается не в пример лучше. И еще мне лучше думается без похмелья – но тут тоже никуда не денешься.

Через полчаса я твердо решил, что надо закрепить промежуточный результат. Меня по-прежнему одолевали скопидомские страхи, к тому же совсем недавно я получил четкое и ясное предупреждение: волчья стая вышла на охоту.

Теперь, когда решение было принято, я успокоился и с легкой душой стал разгадывать вторую головоломку – ту, что давно меня тревожила.

Скоро я смогу сделать так, что Шерри Норт раскроет карты, которые столь щепетильно скрывала.

Наконец с востока по небу разлился первый жемчужный свет, смягчивший шероховатую равнину океана. Распрямив затекшие ноги, я поднялся с каменистого сиденья, обогнул вершину и встал на открытой площадке над лагерем. Недобрый западный ветер хлестал меня по лицу, ворошил волосы, покрывая руки гусиной кожей.