Глава рода

Закрываясь, скрестила руки на груди:

— Сейчас всё действительно стало иначе. Я больше не испытываю к тебе отвращения и искренне благодарна за помощь. Но не более. Скажи, на самом деле для чего ты хочешь жениться на женщине, которая тебя не любит? Прости, конечно, но я уверена, что дело не только в твоих чувствах ко мне. Ты в первую очередь император, а уж потом мужчина. Долг перед государством перевешивает.

«Больно ударила, — желваки заходили на скулах некроманта. — Впрочем, действительно честно, этого не отнять.

Выдержит ли мою правду?»

Заложив ногу за ногу, он ровным тоном ответил:

— Хорошо, давай начистоту. Я тебя действительно люблю, но жить без тебя смогу. От горя не сойду с ума и не прыгну со скалы. Это правда, как и та, что в первую очередь я не мужчина, но император. В том, что не избавишься от моего ребёнка, не сомневаюсь. Совсем скоро твоя беременность станет очевидной. Бизнес-партнёры начнут отворачиваться, разрывать контракты. Род Апраксиных покроет позор, и придёт бедность. День за днём тебе придётся терпеть унижения и презрение.

Будешь пытаться выбраться из ямы, но тщетно. Когда устанешь бороться, тебе поступит предложение.

— И какое же? — она смотрела недоверчиво.

— Решить разом все проблемы. Мужчина, которому на тот момент будешь доверять и испытывать симпатию, предложит заключить с ним договорной брак. Ты согласишься.

— Думаешь?"

"— Знаю, — государь усмехнулся. — На какое-то время всё станет хорошо. Но есть один громадный нюанс. Малыш останется моим по крови, — Дмитрий сделал акцент на фразе.

— После его рождения неизбежно пойдут слухи, порочащие императорский род. И тебя и малыша сделают пешками в интригах против меня. Главы древних родов не первый день живут на свете, поверь такой возможности они не упустят. Я действительно хочу дать защиту и тебе, и своему малышу, но также беспокоюсь об империи. Я с тобой абсолютно искренен. Решение за тобой.

Александра отошла к окну. Глядя в непроглядную темень, тихо спросила:

— Ты оставишь мне свободу?

— Что ты имеешь в виду? — Дмитрий поднялся, бесшумно подошёл к девушке, встал рядом.

Она не шелохнулась. Спустя долгое мгновение, всё так же негромко, но уверенно ответила:

— Если мы достигнем соглашения, я хочу остаться в этом доме, заниматься делами рода Апраксиных. Не смогу жить взаперти и по чужой указке. Ты меня понимаешь? — она обернулась. Запрокинув голову, жадно всмотрелась в его лицо.

— Более чем. Твои условия приняты, — Дмитрий положил руки ей на плечи.