Главная роль 8

Не прямо рублями и юанями, а будущими предприятиями групп «А» и «Б», типографиями, телеграфами, телефонами, провизией и прочим.

Всё — без урона себе, но с тяжелыми руками жабы на горле. Зато подвиг моего младшего брата вызвал чудовищный прилив патриотизма в Российской Империи. Шутка ли — в сознании подданных иначе как лихим захватом огромной Империи случившееся выглядеть попросту не может! Все нюансы народу пофигу — ну и что, что это — не «завоевание», а «государственный переворот с узурпацией трона»? Все одно — русский с китайцем братья навек! Не оплошала и аристократия — быстренько сделали популярной китайскую моду, начали выписывать из Поднебесной театральные труппы, собирала здоровенные «донаты» и писала Михаилу длинные, пропитанные восхищением, письма.

Младший брат шлет мне очень грустные письма. По ночам ему снятся кошмары, совесть грызет за обагренные кровью руки, и он все чаще уединяется для молитв. К нему регулярно отправляются видные батюшки со всех уголков Империи, в том числе — с Валаама.

Не обошлось и без полноценного миссионерства и нескольких Крестных ходов, главный из которых стартовал аж от западных границ Империи. Китайцы в христианство крестятся охотно — это напрямую экономически выгодно.

Младшего брата искренне жалко — тяжело ему там, мне-то самолично кровь лить не пришлось, за меня работал Аппарат. А он еще и в чужой стране, вокруг — много странных китайских личностей, впереди — постоянная угроза покушения или гражданской войны и женитьба на нареченной одной из дочерей сына Цыси китаянке.

Глава 7"

"До Китайского Нового года Михаилу удалось сделать главное — перестать лить кровь (потому что активные враги закончились) и худо-бедно укрепиться на троне. Праздник отмечали массовыми гуляниями за мой счет — и в Китае, и у нас здесь, но поскромнее: нагулялись на собственных праздниках.