Бесправная любовь

Приехал…

Мама всегда говорила, когда отходила после пьянки, что человек не может быть только хорошим или плохим. Белое и черное всегда существуют рядом. Арина с ней соглашалась, прижимаясь и по-детски ища ласку и заботу. То же самое ведь можно сказать и о ней самой – она убила человека, но при этом не считала себя злодейкой.

Тело Саши ей нравилось. Не раскаченное, довольно жилистое. И крепкое. А ещё покрытое бронзовым загаром, полученным явно не на огороде.

– Солнце сейчас будет припекать, – честно предупредила она, пытаясь не обращать внимания на то, как заныли соски.

– Солнцезащитное что-то есть?

Арина всколыхнулась, кинувшись к комоду.

– Есть! Я в прошлом году покупала! Только срок годности…

– Похер, давай.

Саша демонстративно встал к ней спиной.

Арина посмотрела на тюбик.

На его спину.

Снова на тюбик. И спину.

После чего подошла, выдавила белую плотную консистенцию себе на ладонь и дотронулась до Александра, невольно втягивая в себя жар и запах его бронзовой кожи. Её тело тоже откликнулось, затрепетало.

Саша стоял, ожидая, пока она вотрет крем в кожу. Он ничего не говорил. Для него, наверное, и не происходило ничего сверхординарного, зато для Арины мир ежесекундно взрывался.

– Готово.

– А грудь?

Саша повернулся к Арине.

Близко стоял…

Очень.

У Арины распахнулись глаза, она не могла себя видеть со стороны, скорее, чувствовала, как те превращаются в два блюдца.

– Сам. Я… мне на кухню надо! – нашлась она, всовывая тюбик с кремом куда-то в руки Саши и уносясь в соседнюю комнату.

– Трусишка, – услышала она вслед, но спорить не стала.

Да, трусишка!

Испугаешься тут, пожалуй. Это он искушенный и взрослый. А она?

Арина умылась и посмотрела на отражение в зеркале.

Выглядит почти ничего так. Кепка на голове, ни грамма косметики. Даже нос теперь чистый. Обычная провинциальная девчонка.

Только глаза и правда на пол-лица. И горят. Горят.

Долго задерживаться она не могла и не планировала. Когда вышла с кухни, увидела, что Саша уже спускается по ступеням.

– Шикарно выглядишь, Александр Васильевич, – поддела его девушка, вручая чистые перчатки и лопату.

– Кто бы сомневался. Под стать тебе.

Ярмолов взял её за плечи, властно развернул, направляя в сторону необработанных земельных соток и шлепнул по ягодицам. Арина мгновенно вспыхнула, щеки запылали от смущения и прильнувшей к ним крови.

Её жизнь – самые что ни на есть американские горки. То одно, то второе. Вверх – вниз.