Гиперборей

Пещерники часто сидят голыми, как животные, в своих норах.

Он сделал в воздухе пассы, задвигались Рюрик и воеводы, застонала Умила. Морш вышел, ушли воины, дверь захлопнулась — толстая, несокрушимая. Слышен был грохот задвигаемых засовов. В стене в железной чаше полыхал смоляной факел.

В мертвой тишине громко расплакался Игорь. Гремя цепями, Умила неловко схватила его, прижала, крупные слезы катились по ее исхудавшему лицу. Асмунд оглядел цепь, он был скован между Рюриком и Рудым, угрюмо молчал.

Его огромные кулаки бессильно упали наземь.

Рудый искоса посматривал на обнаженного распятого пещерника. Тот всегда держался незаметно, под плащом не особо разглядишь мышцы, хотя Рудый замечал массивные плечи, их ширину не укроешь, но сейчас потрясенно обнаружил почти распятого велета — мышцы, как сытые удавы, ни капли жира, грудь широка, а сам пещерник словно выкован из железа. Руки — корни столетнего дерева, пусти стрелу — отскочит, как от кондового дуба, разве что чешуйку сшибет.

Только вместо лица — кровавое месиво, да на плечах ссадины, синяки, кровоподтеки: Туран, когда нес, задевал им о каменные выступы.

Умила начала стучать зубами. Асмунд, разогревшись от яростной схватки, не замечал холода дольше всех, наконец и он съежился, согнулся. Рюрик все отводил глаза от распятого пещерника, наконец посмотрел ему в глаза, невесело скривил рот:

— Отсюда уже не выбраться, да?

Олег уронил голову. Разбитые огромной ладонью Турана губы шевельнулись с трудом:

— Да.

.. Нас перехитрили. Мы в их власти целиком и полностью. У нас не осталось в запасе никаких сил...

Рюрик проговорил уже безо всякой надежды:

— Ну хоть что-нибудь!.. Ты же волхв. Вещий волхв!.. Волхвы умеют больше, чем мы, простые и простодушные, как говорит Асмунд.

Олег качнул головой, голос его был мертвым, безжизненным:

— Я — бывший волхв, а против нас сильнейшие маги Востока! Они досягают мыслью в грядущее дальше, чем я. Мы были на Рюгене, а они уже готовили этот подвал.

.. Мы едва-едва одолевали их простейшие ловушки на дороге в Новгород, а они уже мысленно видели нас в цепях. Здесь, в этом каменном мешке.

Долго сидели молча. Внезапно наверху заскрипели засовы, тяжелая дверь завизжала на ржавых петлях, распахнулась как от удара.

В дверном проеме появился человек в плаще с надвинутым на глаза капюшоном. Сзади высилась башнеподобная фигура Турана, еще двое держали факелы, шлемы и доспехи блестели.