Гиперборей

Он остановился над замершим пещерником, едва не придавив ему пальцы, заинтересованно смотрел во двор. Там мелькали факелы, бегали люди, из красноватой тьмы доносился лай собак. Опусти страж глаза еще чуть-чуть... самую малость — и он увидит пещерника. А глаза опустит, не может не опустить...

Рудый, страшась двигаться, осторожно вытащил швыряльный нож из щели, повис на кончиках пальцев ног, отвел руку для броска. Он не сомневался, что попадет с десяти шагов даже из такого неудобного положения. Попадет в горло, где заканчивается кольчуга.

Но в какой момент лучше — выждать ли, пока страж увидит пещерника? Может заорать с перепугу, отшатнуться от летящего ножа. Если метнуть сейчас, дурак грохнется прямо в гущу воинов с факелами и свору беснующихся собак.

Рудый крепче сжал нож, наметив вместо белеющего горла левый глаз, — раненый должен без звука отшатнуться, упасть навзничь на крышу. Главное — без крика, пораженные в левый глаз никогда не кричат...

ГЛАВА 24

Внезапно потемнело, луна скрылась. Рудый потерял силуэт стража.

Он уже почти бросал нож, рука теперь мелко дрожала, и он с ужасом подумал, что чуть ли не впервые мог промахнуться. Глаза защипало от едкого пота, он торопливо вытер лицо рукавом.

Когда перед глазами перестали трепыхаться черные мошки, он обнаружил, что стража нет на крыше, но и пещерник исчез. Потянулись долгие мучительные минуты. Рудый трясся, зубы стучали, он уже не понимал — от холода ли, от страха. Вдруг перед ним шевельнулась змея, он с перепугу едва не сорвался вниз, чудом успел сообразить, что то не змея — веревка.

Рудый не вскарабкался — взбежал по отвесной стене. Руки Олега подхватили его на краю крыши. Лицо пещерника в лунном свете выглядело донельзя изнуренным, глаза дико блестели, как слюдяные. Снизу донесся яростный вопль, ругань, громче прежнего хрипло забрехали, давясь слюной и злостью, псы.

— На верхнем поверхе их нет, — объяснил Олег тяжело. — Там всего два окна, я заглянул в оба. А ниже по стене не спустишься, там идет защитное кольцо по всей башне.

Озноб на спине Рудого превратился в глыбу льда:

— А как выберемся сами?.. Прыгать обратно? На такое можно решиться раз в жизни.

— Попробуем через чердак, — предложил Олег тяжело.

— Через трубу? Где моя ступа... Или хотя бы метла!

— Размечтался. Через чердак не изволишь? По всем поверхам пешком?

— Жаль, — вздохнул Рудый. — Я полагал, сразу на кухню... Я когда волнуюсь, жареного быка съел бы.

Крадучись, они добрались до лаза в крыше, что вел внутрь, на чердак.