Гиперборей

Олег подбежал, Асмунд повернул к нему перекошенное яростью и залитое кровью лицо, гаркнул страшно:

— Не лезь! Один остался.

— Двое, — возразил Олег.

— Полтора, — прохрипел Асмунд, торгуясь, как новгородец. Он сделал выпад, полоснул острием топора чуть выше колен, где заканчивалась кольчуга. Противник ахнул, глаза от боли побелели. Кровь полилась из глубоких ран. Асмунд заорал: — Один! Да и то надолго ли!

Умила все еще прижимала к груди Игоря. Тот с блестящими глазами вырывался, ему было плохо видно кровавый бой.

Олег зашел с другой стороны, едва протиснувшись между ложем и стеной, сказал почти грубо:

— Ребенка задавишь.

Умила посмотрела на него безумными непонимающими глазами, пугливо отвернулась от схватки. Асмунд уже теснил врага, обрушивая страшные удары. Тот лишь защищался, не в силах сделать хоть выпад — при всей медвежьей силе Асмунд оказался быстрым, как разъяренная рысь. Второй стоял на коленях, под ним растекалась лужа крови. Третий воин лежал на спине, во рту торчал нож, глаза остекленело смотрели в потолок.

Олег выдернул свой швыряльный нож, вытер и бросил в чехол под полой. От двери раздался грохот: Асмунд оттеснил противника до самой двери, там обрушил удар на шлем, смяв, как яичную скорлупу.

— Выпили, песни послушали, подрались, — сказал Олег буднично. — День прошел нескучно. Я пошел!

Он кивнул Асмунду, тот шумно дышал, и вышел из палаты. Чтобы сократить путь, из окна второго поверха выпрыгнул, побежал через двор. На воротах лежали двое убитых, воины волочили в пристройку третьего.

Олег крикнул:

— Пришлите пятерых в замок! Надо обыскать щели.

Несколько человек, заслышав командный голос, тут же послушно бросились через двор к замку. Олег выбежал к конюшне, быстро оседлал коня и вихрем вылетел за ворота.

Дорога от замка шла под гору. Конь разогнался так, что ветер свистел в ушах. Дважды Олег опасливо сокращал путь, пускал скакуна по узкой тропке среди громадных камней, наконец тот вынес его к Арконе, городу-храму. Площадь Арконы была вымощена серым камнем, а посреди высился огромный храм Световида.

У Олега, несмотря на волнение, перехватило дух: храм стал еще краше — десятки раз перестраивался, украшался резьбой, серебром, золотом. Со всех четырех сторон свод подпирают фигуры богов, умело вырезанные из кондового дерева, — в прошлый раз их не было. Правда, он был здесь последний раз лет девяносто назад.

Он пустил коня шагом, уже напрягая плечи, готовый услышать свист летящей стрелы, шорох крадущихся шагов.