Гиперборей

— Олег, — проговорила она потрясенным голосом, ее лицо оставалось в тени, — ты же человек...

— Пока только местами, — ответил Олег.

Он снова ударил. Хрустнули тонкие кости носа, кровь брызнула из ноздрей, разлилась двумя широкими ручьями, попала в рот. Пленник закашлялся, захлебываясь, пытался вывернуться из-под тяжелой руки пещерника.

— Ну?

— Я скажу... — пробулькал человек. — Скажу...

Гульча сделала крохотный шажок к ним, ее ладони медленно опускались к поясу, где висел кинжал.

Олег напрягся, держа ее в поле зрения.

— Меня послал варяг Говард... У него большой торговый дом на Горе... Вчера пришли три больших корабля, навезли товаров... С ним двое, одетые смердами, но один распоряжается... даже хозяину давал приказы...

Гульча остановилась, пристально глядя на человека с залитым кровью лицом. Потом вернулась к ложу, села, закрыв лицо ладонями. Олег вытер нож о бороду человека, бросил в ножны.

— Гульча, придется отлучиться.

Она подняла бледное лицо, в блестящих глазах отражались лунные блики.

— Куда?

— Эй, поднимайся. Прогуляемся к твоему хозяину.

Человек с огромным трудом поднялся, цепляясь за стену. Лицо было залито кровью, он зажимал раны ладонями. В глазах девушки был ужас. Олег повернулся к Гульче:

— Ты пойдешь со мной.

Голос был жестким, повелевающим. Она послушно поднялась, тихо спросила:"

"— А я... зачем?

— Так надо.

Ее глаза расширились в непонимании, но вышла послушно, первой. Олег вывел пленника, поглубже нахлобучив тому капюшон на голову.

Они опустились на первый поверх, незамеченными прошли через пустую корчму. Столы и лавки были сдвинуты к стене, две девки ползали по мокрому полу, собирая тряпками грязную воду. На троицу внимания не обратили: мало ли выпроваживают пьяных гостей, лишь бы их самих не трогали. Гульча первой шагнула за порог и растворилась в темноте.

Ночной воздух был после дождя чистым, серп луны блестел, как отточенное лезвие. За углом протопал ночной дозор, порывом ветерка донесло запах браги и пота, где-то близко звякали шпоры. С башен и стен Города — от Подола и Перевесища — плыли тягучие звуки бил. Уныло ревел скот, пригнанный на бойню.