Гимнасточки.

Девушка испуганно отдёрнула руку и слегка попятилась назад. Но мужчина своей рукой заменил её ладошку и передергивая член, продолжил испускать обильные струи спермы на уже залитые джинсы девушки.

- «Молодец, дедка! Порадовала старичка.» – удовлетворённо произнёс Владимир Михайлович. – «Тебя, кажется Наташей зовут?»

Наташа молча кивнула головой. Она была парализована происходящим.

- «Смотри, как мы испачкали твои джинсы. Снимай, их надо застирать!» – словно солдату, приказным голосом сказал учитель. Девушка, безоговорочно, послушно расстегнула молнию и стала стаскивать с себя обляпанные мутными разводами джинсы.

- «И трусики скидывай, смотри как промокли! Их тоже надо застирать!»

Наташа опустила вниз глаза и с удивлением заметила, что ткань её розовых трусиков потемнела от вытекшей из неё влаги. И словно заколдованная, беспрекословно сняла с себя промокшие трусики. Учитель, с ухмылкой, рассматривал девушку. В сером свитере и с голой попкой девочка была очень очаровательна, ровный постриженный лобок и стройные гладкие ножки были безукоризненными и очаровательны.

- «И свитер тоже сними… и все остальное! А то потом и их ещё стирать.» – чувствуя свою власть над девушкой, приказал Владимир Михайлович.

Наташа потянула свитер вверх и сняла его вместе с футболкой. На ней остался только туго стягивший груди розовый лифчик, который ей еще с четырнадцати лет пришлось одеть, когда словно на дрожжах у неё стала увеличиваться грудь и к семнадцати годам она уже носила лифчик третьего размера.

- «Сначала помоем тебя, а потом займемся твоей одеждой.» – учитель властно взял девушку за тонкую руку и завел её в душевую под теплые струи душа.

"Теплая вода согрело продрогшее тело и слегка расслабила напряжение Наташи. Она почувствовала, как горячее тело мужчины прижалась к её спине и его ладони стали скользить по её мокрой коже. Когда его руки коснулись её груди, а затем коснулись её бусинок твердеющих сосков, у неё закружилась голова. Было очень приятно, её начало покачивать от неизвестного томление. Ей вдруг очень захотелось чего-то, но что точно, она не совсем понимала.