Архитектор Душ II

— У него были, скажем так, весьма специфические гастрономические предпочтения. Классический случай оккультного безумия на почве страха смерти.

В прозекторской повисла звенящая тишина. Воронцова с металлическим стуком уронила трепанационную пилу на пол. Алиса издала вздох и прикрыла рот рукой, ее глаза были полны ужаса. Лидия, бледная как полотно, смотрела на Заславского, и в ее взгляде не было страха — только концентрированное отвращение.

Сам Заславский, услышав обвинение, не изменился в лице.

Он не опустил голову, не задрожал. Он стоял между двумя бойцами спецназа с той же академической невозмутимостью, с какой мгновение назад рассуждал о трупных пятнах.

Он медленно обвел взглядом всех присутствующих — сначала на оцепеневшую Воронцову, на потом вжавшихся в стену девушек, и, наконец, остановил свой взгляд на мне.

В его глазах не было ни страха, ни раскаяния, ни даже злости. Лишь научное любопытство, словно он наблюдал за интересной химической реакцией.

На его губах даже промелькнуло нечто, отдаленно напоминающее снисходительную усмешку. Словно он хотел сказать: «И это все, на что вы способны?».

— Подождите, — сказал я, пытаясь уложить это в голове. — То есть вы хотите сказать, что главный патологоанатом столицы, доктор наук… серийный убийца-каннибал?

Созвучное имя не оставляло сомнений в том, что в этом мире существовал серийный маньяк из старого триллера моего мира. Только имя немного другое. Мир окончательно сошел с ума.

Говорящие книги, магия душ, а теперь еще и Ганнибал Лектер в качестве кандидата на работу. Что дальше? Драконы в городской канализации?

— Именно так, — подтвердил Соколов. — Мы вышли на него после того как он уволился и переехал сюда. Видимо почувствовал, что кольцо сжимается, и решил залечь на дно в провинции. Думал, здесь его не найдут. Ошибся.

Спецназ повел Заславского к выходу. Он прошел мимо меня, не опуская головы. Я смотрел ему вслед и думал о том, как тонкая грань отделяет гения от безумца.

Этот человек, обладавший уникальными знаниями и талантом, пересек ее и рухнул в бездну.

Как и старый Громов. Хотя… не сказать, что тот был великим гением в своей сфере деятельности.

Когда дверь за последним бойцом закрылась, Соколов остался, чтобы подписать у меня протокол о прерывании дознания и изъятии подозреваемого.

— Капитан, минуту, — сказал я, когда он уже собирался уходить. Это был мой шанс.