Гимн шута – 9

Ну а СИБ…

Тут молодой человек уже всерьез усмехнулся.

— … Дурочка, ты вообще понимаешь, на что служивых подписала? Они ж, люди простые, даже не задумывались, что следили за Волконским. Представляешь, ЧТО твои подельники — а с точки зрения закона это называется именно так — теперь на допросах поют? И учти, с позиции Службы речь не о мелком деле, а вскрытии целой сети, работающей против одного из руководителей ОБОРОННОГО предприятия империи. Это я молчу про тот ма-а-а-аленький фактик, что в корпоративной среде о-о-очень не любят тех, кто привлекает государство к решению «внутренних» вопросов.

И таких давят всем гуртом. Или сдают той же Службе…

Уточнять, что именно по подозрению в подобном нарушении и сам на дыбе побывал буквально недавно, молодой человек не стал. Закончил он просто:

— Никому не хочется проснуться оттого, что ему как снег на голову свалилась группа армейского спецназа.

— Ага, скажи еще, что никто не подкупает!..

— Подкупают, — кивнул Павел, не дожидаясь окончания отповеди.

— И вербуют. Много чего делают. Ровно до того момента, пока это удается скрывать. В Арсеналах почти у всех если пройтись, то много чего интересного найти можно, императором не одобряемого. таковы правила игры. Однако стоит кому-то ДОКАЗАТЬ твою причастность к подобным делишкам, как рвать «промахнувшегося» будет вся стая.

— Вина! — довольно громко выкрикнула Мышкина, даже не удосужившись перед тем окликнуть ресторанного слугу.

Однако молодой достаточно парень оказался хорош.

И движением брови он не дал понять, что происходит нечто неприемлемое. Лишь бросил взгляд на спутника симпатичной, но взбалмошной девицы. Тот согласно кивнул.

Пару минут собеседники провели в полной тишине. Павел наслаждался вкусом кофе из еще одной заказанной чашечки, а Мышкина нервно дожидалась свой «допинг».

— Я тебе не верю! — выдохнула она и опростала бокал даже раньше, чем официант отвернулся от стола. — Еще!

Волконский глянул на журналистку. Не слишком ли много времени он на нее тратит? Достаточно ведь просто отойти в сторону, и не мешать службам государевым работать.

Тут он не врал. Как и в том, что не имел намерения давить таким образом на собеседницу.

«Минут десять есть… Да и кофе тут хорош!» — решил он, отмечая положение стрелок на механическом хронографе. Пять минут своей жизни молодой человек еще мог подарить странной, но по-своему симпатичной девице. Не воспользуется — ее право. И ее же жизнь.