Гимн шута – 8

«Что ж будет, когда до секса дойдет!» — несколько нервно хмыкнул он… и выкинул эти мысли из головы.

До тех светлых времен еще доучиться следовало. А сделать это будет куда сложнее, если вместо поставленной задачи думать о Марике.

А до следующих увольнительных ой как нескоро…

Процедура подготовки к вылету была уже отработана едва ли не до автоматизма. Получение оружия, пайков на три дня и средств усиления прошла штатно.

— Ничего себе, — хмыкнула Марика, едва их отделение под руководством Кости добралось до ангара.

— Знатная вечеринка, — согласился Сергей.

Похоже, собрали действительно всех, кого смогли поднять по тревоге. Никто ничего объяснять не стал. Отделения организованно загрузились в несколько десантных глайдеров.

Обсуждений в стиле «куда» и «зачем» не было. Все равно не до чего путного в голову не придет, так чего зря языком трепать? Это первые раз пять-шесть интересно было. После — как-то уже и не очень.

— Будешь? — раздался над ухом голос Орловой

Сергей обернулся. В нос ему уставился энергетический орехово-медовый батончик.

Орлова отломила от батончика половину и протянула ее клановцу.

— Хорошо устроился, — с тщательно демонстрируемой «завистью» выдал командир отделения.

— Угостить? — предложил Волконский, готовясь разделить свою половину еще надвое.

— А кто сказал, что я про батончик⁈ — весело подмигнул тот, за что тут же получил тяжелым десантным берцем по ноге.

Правда, Марике пришлось быть крайне аккуратной, чтобы ни в коем случае не повредить командиру всерьез. Но жест был доходчивым.

Костров тут же поднял руки в сдающемся жесте и принялся молчать. Очень так красноречиво. Настолько, что Сергею вот прямо до физического напряга захотелось последовать примеру своей девушки. С известным трудом он от идеи отказался, решив, что сойдутся они еще в спарринге.

— Тот еще подарок! — добродушно решил здоровяк-сибиряк Вовчик — специалист по тяжелому вооружению.

Орлова тут же продемонстрировала розовый острый язычок, но тут же засмеялась. Да и Сергей привычного укола раздражения не испытал. Злиться на добродушного громилу не было решительно невозможно.

— Охренеть! — протянул тем временем Костров, уставившись в иллюминатор.

И клановец был склонен с ним согласиться.