Гиблое место в ипотеку

 – Что за шутки? Прикинулась дочкой соседки! Не могла нормально сказать: «Баранова, к вам в гости».

– И вы бы меня впустили, – фыркнула Екатерина, – вот и пришлось применить тактическую хитрость!

– Прижалась к двери, воткнула в волосы детскую заколку, – возмущалась я, – заговорила про собаку Фифу. Конечно, я приняла тебя за Леночку! И да, непременно бы пригласила тебя на чай, но сейчас это желание пропало! Уходи!

Катя протянула Максу лист бумаги.

– Читайте вслух!

Муж неожиданно подчинился.

– Свидетельство о рождении Мирославы Васильевны Ушаковой, десятое августа, город Москва.

Макс прервался и передал листок Костину.

– Ну, ваще, – выпалил Володя, – ну это не одно гиблое место в ипотеку, а прямо много таких мест!!!! Захар!

Рамкин схватил бумагу.

– Во!

– Почему ты нам ничего не сказал? – налетел на парня Володя. – Это же в корне меняет дело.

– Так нет его в интернете, – стал оправдываться Рамкин, – гляньте, она родилась десятого августа. А свидетельство выдали вчера! Оно еще не загрузилось в Сеть.

Я выдернула из рук Захара листок и увидела фразу: «Мать – Анфиса Семеновна Николаева»."

"Катя без приглашения села на стул.

– Меня выгнали. Но я хочу у вас работать. Да, иногда меня заносит, но зачем обижаться? Лампа, я не хотела тебя оскорбить.

– Все нормально, – сказала я, – тебя отчислили не из-за оскорблений в мой адрес. А за болтливость, неумение владеть собой и дурное воспитание.

– Ага. Все мое, – хихикнула Баранова, – про таких, как я, поговорка есть: «Она на улице росла, ее курица снесла». Да, я иногда хамлю, зато умна, нюх у меня, как у сеттера, скорость, как у бигля, выносливость муравья.

– И откуда у тебя информация о наших действиях? – поинтересовался Макс.

– Есть нужные люди, они помогают, – заявила Баранова. – Да, вы во многом правы. Ксения заварила кашу из-за денег. Ну да не стоит нудить о том, что вы знаете. Теперь сообщу то, о чем вы не подозревали. Анфиса Семеновна после развода супругов стала любовницей Василия Николаевича.