Герцогиня

Рядом послышалась возня и приглушённый голос:

— Леди, как вы себя чувствуете?

Я хотела ответить, что бывало и лучше, но из горла вырвался лишь еле слышный хрип. Тот же час мою голову приподняли, а губ коснулась что-то железное. Спустя секунду я глотнула ледяную воду с запахом трав.

— Вот так лучше. — сказал тот же голос. — Сейчас станет легче.

Глубоко вздохнув, снова предприняла попытку открыть глаза. Боли больше не было. Повернув голову, увидела лекаря.

— Что со мной? — спросила шепотом.

— Вас отравили, леди. — печально улыбнулся Генри.

— Кто?"

"— Следов найти не смогли, Элизабет. — раздался от дверей голос Оли. — Не переживай, скоро прибудет Эдвард. Он разберётся.

— Эдвард? — удивлённо переспросила, поворачиваясь к Оли. — Кто-то сообщил про покушение?

— Я сообщил. — признался мужчина,

подходя к кровати и устраиваясь на самом краю. — Прости, но так нужно. Эдвард единственный, кто быстро и безошибочно определит виновного.

Немного ошарашенная обращением Оли, я перевела взгляд на Генри.

— Не переживайте. Сегодня ещё положите в постели, а завтра уже можете совершить прогулку в сад. Перенапрягаться Вам пока нельзя, поэтому работу оставьте на потом. Или пусть Оливер поможет. Оставлю вас. Если что — зовите.

Лекарь вышел, а я перевела удивлённый взгляд на Оли.

— Он знает?

— Да, милая. — хмыкнул Оли, с грустью смотря на меня. — Генри умный мужчина и сразу всё понял.

— Оли, что-то случилось? — спросила я, с тревогой всматриваясь в любимое лицо.

— Ничего не поправимого, Эли. — мягко ответил Оли, сокращая моё имя. — Не думай ни о чём. Просто выздоравливай. Мужчина ласково поглаживал мою ладонь, а я терялась в своих мыслях и чувствах. Было страшно. Сжав руку Оли, тихо прошептала.

— Не уходи, пожалуйста.

Мужчина мельком взглянул на меня, и я задохнулась от той боли, что была в его взгляде. Поцеловав мою руку, Оли заговорил:

— Прости меня. Прости, что не уберёг.

Прости, за то что не сдержан.

— Милый, всё хорошо? — с тревогой спросила, стараясь заглянуть в глаза. Мужчина отмахнулся, накрывая мои губы своими. Поцелуй был нежным, но, с каким-то горьким привкусом. Словно причинял боль мужчине. Разорвав поцелуй, серьёзно посмотрела на Оли.

— Почему у меня такое ощущение, словно ты прощаешься?

— Тебе кажется, родная. — тихо прошептал Оли, заправляя непослушный локон мне за ухо. — Мне надо сейчас уйти ненадолго.