Герцог-упрямец

При этом мистер Хьюм настоял на том, чтобы все контакты происходили через третье лицо, и порекомендовал торговца писчебумажными принадлежностями из соседнего магазина.

– Благодарю за совет, сэр. – Девина отодвинула стул и встала. – Пойду составлю текст объявления и сделаю несколько копий. Оставлю их на столе в библиотеке вместе с деньгами.

Хьюм тоже поднялся.

– Совсем ни к чему так спешить, мисс Маккаллум. Если мы хорошенько подумаем, то, возможно, придумаем еще что-нибудь толковое. У меня в голове уже вертится несколько идей…

«Что же это за идеи?» – подумала Девина.

А мистер Хьюм опять ласково посмотрел на нее.

– Сэр, я хочу закончить все сегодня вечером, а потом хорошенько отдохнуть, чтобы со свежими силами приступить к утренним занятиям с Норой. Возможно, вы поделитесь со мной своими идеями завтра.

– Как пожелаете. – Хьюм пожал плечами.

А Девина быстро поднялась по лестнице, чтобы написать объявление.

* * *Два дня спустя, за завтраком, произошло два события, суливших Эрику далеко не самый приятный день.

Первое случилось, когда он листал «Таймс». Обычно он не очень внимательно читал объявления, но так как они, как правило, появлялись на первой полосе, то совсем их не заметить было невозможно. Вот и в этот день его взгляд упал на короткое объявление:

«Очень нужно связаться с любым человеком, когда-либо жившим неподалеку от Кэкследжа в Нортумберленде. Ответы с указанием адреса можно оставлять в магазине писчебумажных принадлежностей Монтегю на Норвич-стрит».

Норвич-стрит находилась совсем недалеко от дома Хьюма.

Второе событие оказалось еще более неприятным. Когда Брентворт читал почту, явился курьер с письмом – принес еще одно приглашение на аудиенцию у его величества, на этот раз – в три часа.

Эрик собирался посвятить вторую половину дня другим важным делам и с трудом поборол искушение выразить сожаление и отказаться. Увы, так не делалось, хотя очень хотелось отказаться.

И Хевершем его не встретил. Вместо него появился один из пажей, чтобы проводить к королю. Они пересекли просторный зал, затем миновали еще несколько комнат и, наконец, добрались до личной гостиной короля.

Его величество уже ждал там – во всей своей чрезмерной тучности, и выглядел недовольным – сидел мрачный, надув губы. При виде Эрика он еще больше помрачнел.