Герцог-упрямец

Эрик поднялся на несколько ступеней и, постучав, протянул свою визитную карточку открывшей дверь служанке.

– Я с визитом к мисс Маккаллум, – сообщил герцог.

Служанка замялась, взяв визитку. Ее веснушчатое лицо под оборкой белого чепчика зарделось. Окончательно сконфузившись, она пригласила гостя в небольшую комнату, расположенную у входа, и поспешно удалилась.

Судя по всему, эта комната была библиотекой, окна которой выходили на улицу, а удобная мебель сулила уют и комфорт. Эрик полистал кое-какие книги, а затем подумал: «Интересно, принадлежат ли они Хьюму или прилагаются к дому?»

– Ваша светлость, ваш визит – большая честь для нас, – послышался голос, но не женский.

Проклятье!

Повернувшись, Эрик увидел стоявшего в дверях Хьюма. У этого человека была артистическая внешность и длинные, до плеч, рыжеватые волосы – весьма необычная прическа. Впрочем, одет он был вполне современно, так что Эрику, по крайней мере, не пришлось любоваться каким-нибудь экзотическим тюрбаном или мантией.

Ему не нравился Хьюм – и вовсе не потому, что этот человек был якобитом, заигрывавшим с мятежниками и осуждавшим союз Шотландии и Англии. Ведь существуют разные радикалы. Этот же относился к тем, которые желали разрушить все устои. Однажды он заявил, что единственный способ добиться необходимых перемен – отправить в изгнание всех аристократов. Из частных источников было известно, что он с удовольствием рассуждал о том, как гильотина справилась с этой проблемой во Франции.

– Рад вас видеть, Хьюм.

«К тому же на редкость самодовольным», – мысленно добавил Эрик. Как и большинство жилистых мужчин, Хьюм всегда производил впечатление человека, обладавшего неистощимой энергией: казалось, он вот-вот взорвется от ее избытка.

И очень возможно, что чертов якобит знал о притязаниях мисс Маккаллум. Если Хевершем об этом узнает, его хватит апоплексический удар.

– Рад сообщить, что я здоров как бык, – отозвался Хьюм. – Экономка сказала, что вы хотите видеть Девину… то есть мисс Маккаллум.

Фамильярность была явно не случайной оговоркой, но что она означала?

– Да, верно, – кивнул герцог. – Она дома?

– Мисс Маккаллум в классной комнате с моей дочерью. Обычно она занимается с ней до двух часов.

– Сейчас час тридцать. Возможно, на этот раз вы позволите ей закончить раньше, хотя, если потребуется, я подожду.

– Нет-нет, это недопустимо. Когда герцог снисходит до визита, его желания должны выполняться.