Генерал Скала и ученица

Зачем! Зачем я его повесила себе на спину?!

— Веди себя достойно и назови семью, — процедила я, едва сдерживая эмоции. — Иначе быстро у меня Пушком станешь.

Он снова поерзал, устраиваясь. Мне повезло, что парень оказался совсем невысокий, на пол головы точно ниже меня. Его ноги болтались, а не волочились по земле, иначе не факт, что он смог бы выдержать дорогу. И вообще он оказался намного легче, чем я думала. Доходяга, а туда же, характер показывает. Но у меня, братец, две сестры, так что опыта по воспитанию предостаточно.

Мы успели преодолеть полпути до стены, когда за спиной, наконец, раздалось:

— Глупости все эти ваши родовые имена. Что оно именно обо мне скажет? Ни-че-го! А семью мою ты точно знаешь и теперь подлизываться начнешь. Я Беранже.

Зацепившись носком ботинка за камень, я едва не споткнулась, устояв лишь чудом. В каком смысле — «Беранже»?

Он что, родственник церемониймейстеру, который пытаясь сыграть роль порочной свахи, выдал неподобающее платье и познакомил с королем? Захотелось немедленно расстегнуть пряжку и попрощаться с представителем этого крайне неприятного семейства.

Даже жаль, что бросать безногого некрасиво. А я еще и соглашение с ним успела заключить, поторопилась. В следующий раз сразу буду узнавать происхождение и желательно вместе с брачными связями последних поколений.

— Значит так, — я говорила сквозь зубы и паренек, почуяв неладное, застыл, не шевелясь. — Будешь Пушкой или Пушком, мне без разницы.

— Найдем, — оживился Пушок. То есть Пушка. Почувствовав, что проблем каким-то образом удалось избежать, он приободрился, вцепился одной рукой за импровизационную перевязь и подтянулся, регулируя таким образом широту обзора. Выглядывая из-за моего плеча как пиратский попугай. — Ты, главное, подбегай к этим козлам поближе.

— Близкий контакт обещаю, — вздохнула я, рассматривая кучу малу, которую образовали конкуренты у самой покатой из стен.

Более-менее подходили для подъема лишь две стороны из четырех. Причем только одна выглядела наиболее привлекательной, с торчащими углами плит, за которые можно было ухватиться, а на некоторых, покрупнее, даже забраться и отдохнуть.