Где я, там смерть

Но это только говорит о том, как сильно я тебя люблю, разве ты этого не понимаешь?

— Странно ты доказываешь свою любовь.

— Свою любовь я уже не раз доказывал, помогая тебе, все для тебя делая, или нет? А если ты доведешь меня до отчаяния и заставишь потерять от ревности голову, как я потерял ее от любви… Я не угрожаю тебе и не хочу запугать. Просто я знаю, что я не справлюсь с собой, если ты отдашься другому мужчине. Я уже натерпелся, когда ты встречалась с Ланджем, и это стоило мне всего моего самообладания, больше не осталось.

Но тогда была немного другая ситуация. Ты не принадлежала тогда мне, не была моей женой, моей женщиной. Скорее, ты была его женщиной, и я это признавал, поэтому, забавляясь с ним в постели, ты не изменяла мне. А сейчас все иначе. Не надо делать из меня монстра, я не такой. И к тебе я питаю самые нежные чувства, на которые только способен мужчина. Я не враг тебе, Кэрол. Я тот, кто любит тебя всем сердцем, кому ты нужна не меньше, чем жизнь… Можешь мне не верить, но это так. И я всего лишь борюсь за нашу любовь, за наше счастье, которое ты так стараешься разрушить. Подумай, действительно ли ты этого хочешь?

Кэрол расслышала, как тихо закрылась дверь, и обернулась. Он ушел.

Он ни о чем не догадался, не разоблачил ее в измене! Потому ли, что она была поглощена другими мыслями, забыв об этом, и поэтому он не прочитал ее мыслей, которых в ее голове в тот момент просто не было? Или он вообще не воспринимал ее всерьез, считая, что у нее проблемы с головой? Если бы она открыто заявила, что спала с Рэем, не принял бы он это за ее бред, как и все остальное? Он знал, как предана она Куртни, и ему затруднительно было бы поверить в то, что она улеглась в постель к Рэю, едва та отдала богу душу.

Да, Джек был о ней лучшего мнения. От этой мысли Кэрол горько ухмыльнулась. Что ж, она тоже была о себе мнения иного. И сама удивлена. А то, что Джек так безоглядно верил в то, что ее преданность и любовь к Куртни непоколебимы и тверды, как гранит, что никогда не позволят ей поддаться Рэю, заставили ее еще больше устыдиться, обострив ее страдания до невыносимости.

Сначала Кэрол решила подчиниться, чтобы поскорее выйти отсюда, но когда поняла, как серьезно и интенсивно врачи взялись за ее лечение, испугалась, что это приведет к тому, что из здоровой они превратят ее в настоящую сумасшедшую. Страх завладел ею, заставив отчаянно сопротивляться.