Гарри Поттер и Кубок Огня

Зато, когда объявили его имя, стадион чуть не взорвался от рукоплесканий.

Затем вошла команда Ирландии. Эйдана Линча поддерживали Моран и Коннолли; второй удар, похоже, оглушил беднягу, и глаза у него странно остекленели. Тем не менее он счастливо заулыбался, когда Трой и Квигли подняли кубок и трибуны разразились одобрительным грохотом. У Гарри от аплодисментов уже онемели руки.

Наконец, когда ирландцы удалились, чтобы проделать на мётлах ещё один круг почёта (Эйдан Линч сидел позади Коннолли, крепко уцепившись за его талию и улыбаясь довольно бессмысленно), Шульман направил палочку себе на горло и пробормотал: «Квайетус».

— Об этом матче будут вспоминать годами, — хрипло выговорил он, — такой неожиданный поворот... жалко, что быстро закончилось... ах да... да, я вам должен... сколько?

Ибо Фред с Джорджем только что перелезли через спинки кресел и стояли перед Людо Шульманом с широченными ухмылками на лицах и протянутыми руками.

Глава девятая. Смертный Знак

— Не вздумайте говорить матери, что играли на деньги, — умоляюще сказал мистер Уизли Фреду с Джорджем, когда все они медленно спускались из ложи.

— Не волнуйся, пап, — отозвался Фред, ликуя, — у нас на эти деньги большие планы, мы совсем не хотим, чтоб их конфисковали.

Мистер Уизли как будто собрался спросить, что за планы, но, поразмыслив, явно решил, что не желает знать.

Скоро они уже медленно двигались в толпе, что текла со стадиона к лагерю. Потом возвращались по освещённой фонариками тропе, и в ночном воздухе далеко разносилось пронзительное пение.

Над головами, радостно прихехекивая, шныряли лепреконы со светильничками в руках. Добравшись наконец-то до палаток, ребята поняли, что совершенно не хотят спать, а поскольку вокруг всё равно стоял дикий гвалт, мистер Уизли согласился, что сначала можно бы и выпить по чашке какао. И вот они уже весело обсуждали матч; у мистера Уизли возникли какие-то разногласия с Чарли по поводу драки во время игры, и, лишь когда Джинни заснула прямо за крошечным столом, расплескав по полу горячий шоколад, мистер Уизли положил конец пересказам наиболее интересных моментов и настоял, чтобы дети немедленно ложились. Гермиона с Джинни удалились в соседнюю палатку, а Гарри и Уизли переоделись в пижамы и забрались в койки. На другой стороне лагеря по-прежнему громко пели и кто-то чем-то гулко колошматил.

— Какое счастье, что я не на дежурстве, — сонно пробормотал мистер Уизли, — и не мне говорить ирландцам, что праздновать уже хватит.