Гарри Поттер и Кубок Огня

Гарри ещё никогда не видел такого виртуозного полёта; Крум летел словно бы и не на метле, а сам по себе; он двигался в воздухе так легко, что казался невесомым. Гарри повернул регулятор в нормальное положение и навёл омниокуляр на Крума. Тот кружил высоко в небе над Линчем, которого отпаивала зельем бригада колдомедиков. Приглядевшись ещё внимательнее, Гарри обратил внимание, как чёрные глаза Крума шарят по полю. Он вывел Линча из строя и теперь пользуется случаем, чтобы найти Проныру.

Наконец Линч, радостно приветствуемый зелёными болельщиками, встал, оседлал «Всполох» и, оттолкнувшись от земли, взлетел.

Его возвращение к жизни вдохнуло в команду Ирландии новые силы. Прозвучал свисток Мустафы, и Охотники ринулись в бой, проявляя такие чудеса техники, какие Гарри и не снились.

Прошло пятнадцать яростных минут, и Ирландия забила ещё десять голов. Счёт был 130 : 10, а игра стала грязнее.

Маллет, крепко прижимая к себе Кваффл, устремилась к шестам, а болгарский Охранник Зограф вылетел ей навстречу.

Что-то случилось, но так быстро, что Гарри не успел разобрать. Тем не менее по возмущённому рёву толпы и длинному, пронзительному свистку Мустафы он понял, что было нарушение.

— Мустафа делает предупреждение болгарскому Охраннику за грубое поведение — слишком активную работу локтями! — проинформировал орущих зрителей Шульман. — И разумеется — да! Ирландия бьёт пенальти!

Лепреконы, после фола болгарской команды поднявшиеся в воздух, подобно рою сверкающих шершней, ринулись друг к другу и быстро сложили слова: «ХА-ХА-ХА!» На другом краю поля вейлы повскакали на ноги, сердито затрясли волосами и опять затанцевали.

Все как один мальчики Уизли и Гарри заткнули пальцами уши, но Гермиона, которая не потрудилась последовать их примеру, вскоре потянула Гарри за рукав. Он повернулся, и она нетерпеливо выдернула его пальцы из ушей.

— Посмотри на судью! — захихикала она.

Гарри посмотрел на поле. Хассан Мустафа спустился на землю к танцующим вейлам и, надо сказать, вёл себя престранно.

Он играл мускулами и горделиво разглаживал усы.

— Этого нам только не хватало! — В голосе Людо Шульмана звучал смешок. — Кто-нибудь! Стукните судью!

Зажимая уши пальцами, по полю промчался колдомедик и основательно пнул судью в лодыжку. Мустафа пришёл в чувство; Гарри сквозь омниокуляр видел, как смутился судья и как он закричал на вейл. Те прекратили танцевать, но глядели при этом вызывающе.