Гарри Поттер и Кубок Огня

называется, кажется, «проклятие подвластия»?

— Совершенно верно, — одобрительно кивнул Хмури, — уж кто-кто, а твой отец знает. В своё время оно принесло министерству много головной боли, это проклятие.

Хмури тяжело поднялся на свои разные ноги, открыл ящик стола и достал стеклянную банку. Внутри копошились три больших чёрных паука. Гарри почувствовал, как съёжился Рон — бедняга ненавидел пауков.

Хмури запустил руку в банку, поймал одного паука и на ладони показал его классу.

Потом направил на него волшебную палочку и пробормотал:

— Империо!

Паук свалился с ладони Хмури и повис на тонкой шелковистой нити.

— Смешно вам? — рявкнул он. — А вам бы понравилось, если б я с вами так?

Смех замер почти мгновенно.

— Полный контроль, — тихо продолжал Хмури, а паук тем временем свернулся в клубок и покатился, — я мог бы заставить его выброситься из окна, утопиться, нырнуть любому из вас в глотку.

Рон непроизвольно содрогнулся.

— Было время, когда многими ведьмами и колдунами управляло проклятие подвластия, — проговорил Хмури, и Гарри понял, что он имеет в виду дни царствования Вольдеморта. — Представьте, каково было министерству разбираться, кто совершал преступления вынужденно, а кто по своей воле... Но проклятию подвластия можно противостоять, и я вас научу, хотя это и потребует настоящей силы духа, а она есть не у каждого.

Хмури подобрал паука, исполняющего сальто, и кинул обратно в банку.

— Кто может назвать ещё? Другое запрещённое заклятие?

Руку подняла Гермиона, а также, к лёгкому изумлению Гарри, и Невилл. Обычно Невилл решался на подобное только на гербологии, которую очень неплохо знал. Сейчас он, видимо, и сам был поражён собственной смелостью.

— Да? — Волшебный глаз Хмури перекатился и неподвижно уставился на Невилла.

— Я знаю... пыточное проклятие, — тихо, но отчётливо сказал Невилл.

Хмури очень внимательно посмотрел на Невилла обоими глазами."

"— Твоя фамилия Лонгботтом? — Волшебный глаз глянул в журнал.

Невилл нервно кивнул, но Хмури больше ни о чём не спросил. Оглядев остальных, он достал из банки ещё одного паука и положил на стол, где тот и замер в страхе.