Гарри Поттер и Кубок Огня

Обязательно наденьте перчатки из драконьей шкуры, неразбавленный буботуберовый гной творит с кожей невероятные вещи.

Выжимать буботуберы было отвратительно, но в то же время приносило странное удовлетворение. Как только вздутия лопались, оттуда выстреливала густая желтовато-зелёная жидкость, сильно пахнувшая бензином. Профессор Спарж показала, как ловить струю в бутылку, и к концу урока набралось несколько пинт.

— Мадам Помфри будет в восторге, — сказала профессор Спарж, укупоривая последнюю бутылку. — Буботуберовый гной — прекрасное лекарство от самых стойких форм угревой сыпи.

— Как бедная Элоиза Мошкар, — страшным шёпотом вставила Ханна Аббот из «Хуффльпуффа». — Она сгоняла прыщи с лица заклятием.

— Глупая девочка, — покачала головой профессор Спарж. — Но в конце концов мадам Помфри удалось поставить ей нос на место.

Гулкий звон колокола в замке, возвещая об окончании урока, эхом разнёсся во влажном воздухе. Класс разделился: хуффльпуффцы отправились в замок на превращения, а гриффиндорцы — в другую сторону, вниз по скользкому склону к деревянной хижине Огрида на опушке Запретного леса.

Огрид, держа за ошейник Клыка, громадного чёрного немецкого дога, ждал учеников во дворе. У его ног стояли открытые деревянные ящики. Клык поскуливал и рвался к ним, сгорая от желания исследовать содержимое. Когда ребята подошли ближе, до их ушей донёсся загадочный грохот, перемежавшийся приглушёнными взрывами.

— Приветик! — заулыбался Огрид.

— Чего? — не понял Рон.

Огрид ткнул пальцем в ящики.

— Бррр! — Лаванда Браун взвизгнула и отскочила.

Гарри был вынужден согласиться, что, кроме «бррр», про взрывастых драклов сказать нечего. Скользкие, отвратительно бледные, без намёка на голову и с букетом ног, торчащих во все стороны, они напоминали изуродованных омаров без панциря. В ящиках было штук по сто драклов, каждый около шести дюймов в длину, и все беспрерывно наползали друг на друга, слепо стукаясь в стенки.

— Только вылупились, — гордо сообщил Огрид, — сможете их сами воспитывать! Я так мыслю, это у нас будет особый проект!

— Это с какой же такой радости нам их воспитывать? — холодно произнёс знакомый голос.

Прибыли слизеринцы.