Гарри Поттер и Принц-полукровка

Она казалась совершенно пустынной.

— Достань палочку и следуй за мной, — тихо распорядился директор.

Он открыл ворота, стремительно и бесшумно прошёл по садовой дорожке вместе с Гарри, наступавшим ему на пятки, затем очень медленно открыл парадную дверь, держа палочку наготове.

— Иллюмос.

Кончик директорской палочки зажёгся, освещая узкий коридор. Дверь слева была открыта. Держа светящуюся палочку, Дамблдор, а за ним и Гарри, прошли в гостиную. Их глазам предстала сцена полного разорения. У входа лежали разбитые напольные часы: циферблат был расколот, неподалёку, словно брошенный меч, валялся маятник.

Пианино стояло на боку, клавиши разбросаны по полу. Осколки упавшей люстры устилали пол. Диванные подушки лежали вспоротые, перья медленно вылетали из разрезов по краям; всё вокруг было усыпано крошевом из стекла и фарфора. Дамблдор поднял палочку повыше, так, чтобы она осветила стены, где обои были заляпаны чем-то тёмно-красным и клейким. Гарри охнул, заставив Дамблдора обернуться.

— Не слишком приятное зрелище, верно? — расстроенно спросил директор.

 — Да, здесь произошло нечто ужасное.

Он осторожно двинулся в центр комнаты, внимательно изучая осколки под ногами. Гарри пошёл за ним, осматриваясь по сторонам и немного страшась того, что он может увидеть за разрушенным пианино или перевёрнутым диваном, но тела нигде не было.

— Профессор, наверное, здесь была драка, и они уволокли его, — сделал предположение Гарри, стараясь не думать, как тяжело должен быть ранен человек, чтобы заляпать кровью полстены.

— Сомневаюсь, — тихо ответил Дамблдор, заглядывая за кресло с обивкой, лежащее на боку.

— Хотите сказать, что он…

— Всё ещё где-то здесь? Да.

И без предупреждения Дамблдор сделал выпад, ткнув палочкой в сиденье обитого кресла, которое вскричало:

— Ай!

— Добрый вечер, Гораций, — выпрямляясь, сказал Дамблдор.

У Гарри отвисла челюсть. Там, где мгновение назад было кресло, сейчас сгибался невероятно толстый лысый пожилой человек, потиравший живот и обиженно косившийся на Дамблдора водянистым глазом.

— Незачем было так сильно тыкать, — вместо приветствия ответил он, поднимаясь на ноги. — Больно ведь.

Свет палочки играл бликами на его лысине, в глазах навыкате, огромных, серебристых моржовых усах и на отполированных пуговицах тёмно-красного вельветового пиджака, надетого поверх шёлковой лиловой пижамы. Макушка волшебника едва доставала Дамблдору до подбородка.

— Ну и в чём прокол? — проворчал он, пошатываясь и всё ещё потирая живот.