Гарри Поттер и Принц-полукровка

Гарри уже почти молился, чтобы приятель в один прекрасный день решил: ничто на свете не принесёт ему большего счастья, чем взаимная любовь его сестры и лучшего друга, — и чтобы он наконец-то оставил их наедине дольше, чем на пару секунд. Но до финального квиддитчного матча об этом можно было лишь мечтать: Рон то и дело порывался обсудить с Гарри тактику предстоящей игры, ни о чём другом он и думать не мог.

В своей одержимости Рон был не одинок — лихорадка перед матчем Гриффиндор-Рэйвенкло охватила всю школу: от игры зависел результат чемпионата.

Если Гриффиндор победит с перевесом более трёхсот очков (высокая планка, и всё же команда сейчас была на пике формы), то они выиграют первенство. Если перевес будет меньше трёхсот — займут второе место. Если продуют сто очков, то будут третьими после Хаффлпаффа, ну а если больше ста — окажутся в самом хвосте. И никто, понимал Гарри, никто и никогда не даст ему забыть, что он был тем самым капитаном, который привёл Гриффиндор на последнее место в таблице, впервые за двести лет.

Канун решающего матча прошёл, как и полагается: в коридорах ученики конкурирующих колледжей старались запугать команду противника; вслед игрокам скандировали обидные кричалки. Сами же члены команд или расхаживали туда-сюда, наслаждаясь вниманием, или каждую перемену, мучимые тошнотой, бегали в туалет. Каким-то образом результат игры в сознании Гарри крепко связался с успехом или неудачей в его планах относительно Джинни.

Его не покидало чувство, что если они выиграют с перевесом более трёхсот очков, общее ликование и шумная вечеринка после матча могут оказаться ничуть не хуже глотка Феликс Фелицис.

Но даже за всеми нынешними заботами Гарри не покидал мучавший его вопрос: что нужно Малфою в Пожелай-комнате? Он по-прежнему проверял Карту Мародёров, и поскольку Малфоя на ней частенько не оказывалось, знал, что тот, как и раньше, проводит в комнате много времени. Гарри уже потерял надежду проникнуть туда, но оказавшись рядом, каждый раз снова пытался подобрать ключик.

Однако, какими бы словами он ни высказывал свою просьбу, дверь в стене не появлялась.

За несколько дней до матча с Рэйвенкло Гарри в одиночестве спускался из гостиной на обед: Рон скрылся в ближайшем туалете — его в который раз тошнило, а Эрмиона умчалась к профессору Вектор — поговорить об ошибке, которую она, вроде бы, сделала в последней работе по Гаданиям по числам.