Гарри Поттер и Принц-полукровка

— Ну, так спрашивай, мальчик мой, спрашивай…

— Сэр, меня интересует, известно ли вам что-нибудь о… о хоркруксах?

Хорохорн уставился на Тома, невольно стиснув пухлыми пальцами ножку своего бокала.

— Никак реферат по Защите от тёмных сил пишешь?

Но Гарри мог поклясться: профессор прекрасно понимал, что таких домашних заданий не бывает.

— Не совсем, сэр, — уточнил Ребус. — Я случайно встретил этот термин в одной книге и не до конца понял его значение.

— Нет… ну… Том, тебе пришлось бы сильно постараться, чтобы отыскать в Хогвартсе хоть какие-нибудь материалы о хоркруксах.

— Но ведь вы, сэр, несомненно, знаете о них всё? То есть, такой волшебник как вы… извините… конечно, если вы не можете рассказать… но я решил, что если кто—то и знает, то только вы… И подумал, почему бы не спросить…

Тонко сыграно, подумал Гарри, и всего в меру: растерянность, обыденный тон, осторожная лесть. Он и сам имел достаточный опыт вытягивания информации из упрямцев, чтобы с первого взгляда распознать работу мастера.

— Ну, — протянул Хорохорн, не глядя на студента и теребя ленточку от коробки с ананасами, — пожалуй, никому не повредит, если я расскажу тебе… в общих чертах… Просто чтобы ты понял термин. Хоркруксом называют объект, в котором некто хранит часть своей души.

— Однако я не совсем понимаю, как это делается, сэр, — осторожно сказал Ребус, но Гарри чувствовал в его голосе скрытое возбуждение.

— Видишь ли, душу можно разделить, — пояснил Хорохорн, — и спрятать одну её часть вне тела. И тогда, даже если на такого человека нападут и тело будет уничтожено, вторая часть души сохранится. Но, конечно же, существование в таком виде…"

"Лицо профессора исказила мрачная гримаса, и Гарри вдруг вспомнил слова, которые слышал почти два года назад: «Моё тело было сорвано с меня, я стал ничтожнее простого духа, слабее самого бессильного привидения, но по—прежнему был жив» .

— …немногие решались на такое, Том, очень немногие. Уж лучше смерть.

Но в глазах Ребуса уже пылал алчный огонь, а лицо светилось жадным нетерпением.

— Как можно разделить душу на части?

— Ну, — пробормотал Хорохорн, — ты ведь понимаешь, душа создана цельной и должна оставаться невредимой. Разделение души — насилие, противоречащее её природе.