Гарри Поттер и Принц-полукровка

Дамблдор присоединился к Гарри как раз в тот момент, когда Ребус спросил:

— Сэр, правда ли, что профессор Мерисот увольняется?

— Том, Том! Даже если бы знал, я не в праве был бы тебе сказать, — ответил Хорохорн, порицающе погрозив Ребусу облепленным крупинками ананаса пальцем, и, вопреки произнесённому вслух, легонько подмигнул. — Хотел бы я понять, мальчик, где ты добываешь информацию, если осведомлён лучше, чем половина преподавателей.

Ребус улыбнулся; остальные подростки засмеялись, бросая на него восхищённые взгляды.

— При всей твоей необъяснимой способности узнавать то, что тебе знать не положено, и умении ненавязчиво льстить нужным людям… благодарю, между прочим, за цукаты — ты абсолютно прав, я их обожаю…

Некоторые из подростков вновь захихикали.

— …я просто уверен, что лет через двадцать ты дорастёшь до Министра магии. Или через пятнадцать, если не забудешь иногда присылать мне ананасы. У меня в Министерстве очень хорошие связи.

Том Ребус сдержанно улыбнулся, остальные опять засмеялись. Гарри заметил, что в компании Ребус был отнюдь не самым старшим, однако все смотрели на него как на лидера.

— Не уверен, сэр, что политика мне по душе, — произнёс Том, когда смех затих. — У меня для этого неподходящая родословная.

Двое мальчишек рядом ухмыльнулись друг другу, несомненно, припоминая какую—то тайную шутку об именитом предке своего вожака. Знали ли они о предке наверняка или дело ограничивалось лишь подозрениями, Гарри не понял.

— Чепуха! — живо заявил Хорохорн. — С твоими способностями, ясно как день, что ты из достойной семьи. Нет, Том, ты далеко пойдёшь, запомни, я ещё никогда не ошибался в своих учениках!

Маленькие золотые часы на письменном столе Хорохорна пробили одиннадцать, и профессор оглянулся.

— О Боже, неужели так поздно? — встрепенулся он. — Вам пора, мальчики, иначе у нас будут неприятности. Лестранг, я жду твоё эссе не позже завтрашнего утра.

Хорохорн выгрузил себя из кресла и поставил на стол пустой бокал. Подростки гурьбой направились к выходу, пока, наконец, Ребус не остался с учителем наедине.

— Поторопись, Том, — посоветовал Хорохорн, обернувшись на шорох за спиной и увидев, что Ребус ещё не ушёл. — Ты ведь не хочешь, чтобы тебя, префекта, поймали вне спальни в столь поздний час?..

— Сэр, я хотел вас кое о чём спросить.