Гарри Поттер и Принц-полукровка

Гарри поспешно взмахнул палочкой в сторону кабинета мадам Помфрей и прошептал: «Приглушио », чтобы она вдруг не прибежала, а потом подполз к другому концу кровати — посмотреть, что там творится.

По полу больничной палаты катались двое домовых: один в севшем коричневом свитере и куче шерстяных шапок, другой в набедренной повязке из старого потрёпанного половика. Раздался ещё один звучный хлопок, и в воздухе над дерущимися появился Пивз.

— Я же любовался этим, Потный! — возмущённо упрекнул он Гарри, показывая на драку.

— Хрычер не будет оскорблять Гарри Поттера перед Добби, или Добби заткнёт ему рот! — визгливо выкрикнул Добби.

— Пинай, царапай! — радостно вопил Пивз, кидая в домовых кусочками мела, чтобы разъярить их ещё больше. — Давай лягай!"

"— Хрычер будет говорить о хозяине всё, что хочет! Да и какой он хозяин, противный друг грязнокровок? О, что бы сказала бедная хозяйка Хрычера!..

Что конкретно сказала бы хозяйка, они так не узнали, поскольку в этот момент Добби попал Хрычеру кулаком в рот, выбив ему половину зубов.

Гарри направил палочку на Пивза и произнёс: «Язблок !». Пивз схватился за горло, сглотнул и вылетел из комнаты, делая неприличные жесты, но не в силах ничего выговорить: его язык прилип к нёбу.

— Классно, — восхитился Рон, поднимая Добби повыше, чтобы он не мог достать до Хрычера. — Ещё одно заклинание от Принца?

— Ага, — отозвался Гарри, заламывая морщинистую руку Хрычера за спину. — Так… я запрещаю вам драться друг с другом! Хрычер, тебе запрещается драться с Добби. Добби, я знаю, что не могу тебе приказывать…

— Добби — свободный домовой, он может слушаться кого ему угодно, и Добби сделает всё, что Гарри Поттер попросит его сделать, — провозгласил Добби. По его сморщенному лицу текли слёзы и капали на свитер.

— Хорошо, — кивнул Гарри, и они с Роном одновременно отпустили домовых. Те хлопнулись на пол, но, оказавшись там, драться больше не стали.

— Хозяин звал меня? — прокаркал Хрычер, склонившись в поклоне. Взгляд его при этом сулил Гарри мучительную смерть.

— Да, звал, — Гарри покосился на дверь кабинета мадам Помфрей, желая удостовериться, что заклинание Приглушио ещё действует; раз она не появилась — значит, ничего не слышала.