Гарри Поттер и Принц-полукровка

— Обещай, что позаботишься о себе… И держись подальше от неприятностей.

— Я так всегда и делаю, миссис Висли, — заверил Гарри. — Я люблю жить спокойно, вы же меня знаете.

Она хмыкнула сквозь слёзы и отошла в сторону.

— Хорошо себя ведите, все…"

"Гарри шагнул в изумрудное пламя и крикнул: «Хогвартс!». Прежде чем огонь поглотил его, он напоследок окинул взглядом кухню и заплаканную хозяйку Норы. Потом юношу стремительно закружило, замелькали размытые очертания других комнат, исчезая прежде, чем их удавалось рассмотреть.

Затем вращение замедлилось, и он обнаружил, что находится в кабинете профессора Мак-Гонагалл. Декан Гриффиндора на мгновение отвлеклась от бумаг и подняла глаза на Гарри, перебиравшегося через каминную решётку.

— Добрый вечер, Поттер. Постарайтесь не вымазать ковёр сажей.

— Хорошо, профессор, — ответил Гарри, поправляя очки и приглаживая волосы.

Из камина появился Рон, а следом за ним — Джинни, и все трое покинули кабинет декана и направились в гриффиндорскую башню.

Гарри мимоходом взглянул в окно коридора: закатное солнце бросало рассеянный свет на покрытые снегом окрестности, а сугробы выглядели глубокими — во всяком случае, в саду возле Норы снега было меньше. Вдали он заметил Хагрида, кормящего перед своей избушкой Конклюва.

— Забавы , — уверенно произнёс Рон, когда они подошли к Толстушке. Та выглядела бледнее обычного и вздрогнула от его громкого голоса.

— Нет, — возразила она.

— Как это нет?

— Сейчас новый пароль. И, пожалуйста, не кричите.

— Но нас здесь не было. Откуда…

— Гарри! Джинни!

К ним спешила раскрасневшаяся Эрмиона в плаще, шляпе и перчатках.

— Я здесь уже пару часов и успела навестить Хагрида и Кон… то есть Сизокрыла, — выпалила она на одном дыхании. — Хорошо провели Рождество?

— Ну да, — тут же отозвался Рон. — Скучать не пришлось. Руфус Скри…

— У меня есть кое-что для тебя, Гарри, — перебила Эрмиона, демонстративно игнорируя Рона. — И, кстати, пароль сейчас — «Трезвость».

— Вот-вот, — невнятно пробормотала Толстушка и посторонилась, открывая проём.

— Что это с ней? — поинтересовался Гарри.

— Очевидно, перебрала на Рождество, — закатила глаза Эрмиона, входя в гостиную, где уже собралось много народа. — Со своей подругой Виолеттой они выпили всё вино на картине с пьяными монахами — той, что висит в коридоре возле кабинета Колдовства… Так вот… — она полезла в карман и достала оттуда подписанный Дамблдором свиток пергамента.