Гарри Поттер и Принц-полукровка

При этом приходилось не просто учиться так, будто каждый день грозил экзаменом, но и предметы сами по себе стали много, много сложней. Теперь Гарри понимал едва ли половину того, о чём рассказывала профессор Мак-Гонагалл; да что там — пару раз её переспрашивала даже Эрмиона. Как ни удивительно (и к нарастающему негодованию той же Эрмионы), Гарри внезапно преуспел в Алхимии — всё благодаря Принцу-полукровке.

Невербальные заклинания теперь требовались не только на Защите от тёмных сил, но и на Преобразовании, и на Колдовстве.

Поглядывая на одноклассников в гриффиндорской гостиной или же за обеденным столом, Гарри частенько замечал сизые от напряжения физиономии, словно их обладатели перебрали Зад-Знает-Чего, хотя на самом-то деле — Гарри видел — шестиклассники всего лишь пытались выполнить очередное заклинание, не произнося его вслух. Походы к теплицам дарили краткие минуты счастья: пусть и тут приходилось иметь дело с куда более опасными представителями флоры, чем когда-либо на Травоведении, зато хоть можно было выругаться в голос, когда тебя исподтишка хватало какое-нибудь Щупальце Ядовитое.

Одним из результатов непомерной нагрузки и часов, потраченных на отработку невербальных заклинаний, стало то, что Гарри, Рон и Эрмиона никак не могли найти времени на визит к Хагриду. Тот перестал появляться на трапезах за преподавательским столом — знак, не сулящий ничего хорошего, а когда друзья сталкивались с лесничим на хогвартских просторах или в коридорах, он каким-то мистическим образом не замечал их и не слышал приветствий.

— Мы, наконец, должны сходить к нему и объясниться, — заявила Эрмиона за завтраком в субботу, глядя на пустующий огромный стул Хагрида.

— У нас же утром отбор в квиддитчную команду! — возразил Рон. — И потом мы вроде хотели попрактиковаться в Аквачарах для Флитвика. Да и что ты собираешься объяснять? Неужели скажешь, что мы попросту ненавидим его тупой предмет?

— Мы его не ненавидим!

— Говори за себя, а я ещё не забыл мантикрабов, — мрачно отозвался Рон.

 — И потом, к твоему сведению, мы дёшево отделались: не слышала, как он распинался насчёт своего тупоголового братца? Останься мы — учили бы сейчас Гроупа завязывать шнурки!

— Всё равно, я больше так не могу, — расстроенно вздохнула Эрмиона.

— Ладно, сходим после квиддитча, — пообещал Гарри. Он тоже скучал по Хагриду, хотя не мог не согласиться и с Роном: жизнь без Гроупа казалась куда приятнее.