Гарри Поттер и Принц-полукровка

— Э-э, простите, я вас не понимаю, — нервно сказал Огден.

Гарри подумал, что Огден очень уж медленно соображает; по мнению самого Гарри, незнакомец выразился предельно доходчиво. К тому же, как бы в подкрепление своих слов, тот беспорядочно размахивал руками, в одной из которых была зажата волшебная палочка, а в другой — короткий окровавленный нож.

— Ты ведь понимаешь его, верно, Гарри? — тихо спросил Дамблдор.

— Да, конечно, — слегка озадаченно ответил тот. — А почему Огден…

Но как только он ещё раз взглянул на мёртвую змею на двери, то сразу догадался.

— Он говорит на змеином языке?

— Молодец, — кивнул Дамблдор, улыбаясь.

Оборванец тем временем надвигался на Огдена, с ножом в одной руке и палочкой в другой.

— Послушайте… — начал было Огден, но опоздал. Прозвучал резкий треск, и в следующее мгновение Огден уже лежал на земле, схватившись за нос. Между пальцев брызгала какая-то желтоватая гадость.

— Морфин! — раздался громкий голос.

Из дома выскочил пожилой человек, с такой силой захлопнув за собой дверь, что прибитая к ней змея беспомощно закачалась.

— Из Министерства, да? — спросил старший, глядя на Огдена сверху вниз.

— Совершенно верно! — гневно отозвался тот, ощупывая лицо. — А вы, как я понимаю, мистер Гонт?

— Ага, — подтвердил Гонт. — Съездил вам, да?

— Вы правильно догадались, — огрызнулся Огден.

— Но вы ведь должны были предупредить, что придёте, так? — вызывающе сказал Гонт. — Это частное владение. Вы не можете припереться сюда, а потом удивляться, что мой сын защищается.

— Позвольте, от кого защищается? — спросил Огден, поднимаясь на ноги.

— От тех, кто сует нос не в свои дела.

Огден направил волшебную палочку на свой нос, из которого все ещё лилась гадость, похожая на жёлтый гной, и этот мерзостный поток тут же иссяк. Гонт сказал Морфину одними губами:

— В дом. Без разговоров.

Теперь Гарри был настороже и сразу узнал змеиный язык. Он понимал, что говорилось, одновременно различая и жутковатое шипение, — единственное, что мог слышать Огден.