Гаран вечный

Может быть — по спине Нейла пробежал холодок — они караулили рабочих? Повозка въехала на пустую площадь, окруженную домами, и Нейл мигом забыл о собаках, с удивлением уставившись на главный дом участка. Этот… эта штука была такой вышины, как двухэтажные дома Дипила, но это был просто ствол дерева, положенный набок, с прорубленными в нем двумя рядами окон и широкой дверью, сохранившей еще остатки коры. Его удивили пни на полях, но то были остатки молодых деревьев по сравнению с этим чудовищем! Вот, значит, из каких деревьев состоит лес Януса!

3"

"Нейл прислонился к опоре для рукоятки большого обдирочного топора.

По его обнаженному до пояса телу, покрытому серебристой пылью, струйками сбегал пот. Солнце, показавшееся ему в первый день таким бледным, показывало свою силу волнами жара. Он повернул голову, как часто делал это за последние недели, к холодной зелени деревьев, которые они атаковали. Неясная протяженность темной зелени была, как обещание водоема, куда человек мог бы окунуть вспотевшее, опаленное жаром тело, расслабиться, уснуть. Козберг, прибыв на эту часть Опушки, не теряя времени указывал своим новым рабочим на ужасные опасности этой лесистой местности, так соблазнительно манившей. И не меньше опасностей таилось в одинокой полуразрушенной хижине, на которую он указал им — она стояла как раз посередине полоски леса, выдававшегося языком в очищенные с таким трудом акры будущего поля. Теперь это было проклятое место, которое человек не смеет тревожить. Эта хижина — они смотрели на нее с безопасного расстояния — была и оставалась могилой грешного человека, который так страшно оскорбил Небо, что заболел Зеленой Болезнью. Верующие не убивают, нет, они просто бросают в холодное одиночество леса тех, кто подхватывает эту неизлечимую болезнь, посланную в наказание за грехи И может ли выжить человек, оставшись в дикой местности без ухода, с высокой температурой и бредом в первой стадии болезни? И кто знает, какие еще опасности подстерегают людей в тени гигантских деревьев? Время от времени люди там видели чудовищ, всегда ранним утром до восхода солнца или в сумерках. Нейл задумался насчет этих «чудовищ». Рассказы домочадцев Козберга всегда имели дикий привкус, но описание существ было рождено явно живым воображением, Все рассказы сходились только в одном — что неизвестное существо было такого же цвета, что и окружающая его растительность, и что у него четыре конечности. Как оно ходило, на двух ногах или на четырех, информация, похоже, расходилась.