Ганнибал

Я должна сделать это. Все в порядке. Надо собраться.

— Мистер Вергер, предстоящая беседа будет считаться показаниями, данными под присягой, и я должна записать ее на пленку. Вы не возражаете?

— Естественно, нет. — Ответ прозвучал между вздохами машины, и на сей раз потерялись шипящие «с». — Марго, полагаю, ты можешь нас теперь покинуть.

Не глядя на Старлинг, Марго, шурша своими бриджами, направилась к двери.

— Мистер Вергер, мне необходимо закрепить микрофон. На вашей одежде или на подушке. Если вас это не устраивает, я могу пригласить медсестру.

— Действуйте, — ответил Мейсон, потеряв «д» и «т». Дождавшись очередного вздоха машины, он продолжил: — Вы можете сделать это самостоятельно, агент Старлинг. Я здесь.

Старлинг не смогла сразу найти выключатель. Решив, что сможет лучше видеть, находясь в темноте, где ее не будет слепить свет, она вытянула руку и шагнула в том направлении, откуда исходил аромат хвойного бальзама.

Включив наконец свет, Старлинг увидела, что стоит к кровати гораздо ближе, чем думала.

Когда Старлинг удалось подавить подступившую к горлу тошноту, она увидела, что дефекты речи Мейсона вызваны полным отсутствием губ. Затем она с удивлением обнаружила, что Мейсон вовсе не слеп. Его единственный голубой глаз взирал на нее через своего рода монокль с прикрепленной к нему трубкой. Трубка подавала на лишенное век глазное яблоко жидкость.

Безносый и безгубый, лишенный всех мягких тканей и состоящий из одних зубов, Мейсон Вергер был похож на чудовище, обитающее в темных океанских глубинах. Посторонний наблюдатель содрогался, когда осознавал, что перед ним человеческая голова, в которой пульсирует живая мысль. Этот шок возвращался каждый раз, когда на лике чудовища начиналось движение.

"Волосы Мейсона Вергера были по-настоящему красивы, и, как это ни странно, смотреть на них было труднее всего. Черные, чуть тронутые сединой пряди были заплетены в косу столь длинную, что, ниспадая петлей до пола, она снова возвращалась концом на подушку. Сегодня свернутая кольцами коса покоилась на кожухе дыхательного аппарата, очень похожем на панцирь черепахи.