Ганнибал

Чтобы подвесить бутылки к кабине подъемника, ему пришлось встать на тюк сена. Сойдя с тюка, он отошел в сторону, чтобы полюбоваться своей работой. Доктор с вытянутыми в стороны руками и торчащими из кистей иглами выглядел несколько странно. Он напоминал Корделлу что-то очень знакомое, нечто такое, что тот неоднократно видел раньше. Но что именно напоминал доктор, Корделл никак не мог вспомнить. Затем Корделл закрепил на ногах доктора (чуть выше колен) жгуты со скользящим узлом и с привязанной к ним длинной бечевкой, которую можно было тянуть, находясь за пределами загона.

Доктору нельзя было позволить отойти в мир иной от потери крови. Затянуть жгут заранее Корделл не мог. Мейсон впадет в ярость, если поймет, что ноги пленника онемели.

Настало время спускать Мейсона вниз и грузить в микроавтобус. В оставленном за амбаром автомобиле царил холод. Сардинцы оставили там свой ленч. Корделл выругался и выбросил ящик с припасами на землю. Придется проветрить нутро машины. Так же как, впрочем, и дом. Проклятые дикари, продолжают повсюду дымить, несмотря на запрет.

Зажигалки в гнезде не было. С приборной доски все еще свешивался силовой кабель монитора, по которому сардинцы следили за передвижением «мустанга».

Глава 86

Прежде чем открыть дверцу, Старлинг выключила плафон в кабине «мустанга» и потянула за рычаг, открывающий багажник машины.

Если доктор Лектер здесь и если ей удастся захватить его, то, возможно, она сможет, соединив наручниками ногу и руку доктора, запихнуть его в багажник и довезти по крайней мере до тюрьмы графства.

В ее распоряжении имелись четыре пары наручников и достаточно веревки для того, чтобы связать Ганнибала Лектера, дабы тот не брыкался. О том, насколько доктор силен, ей думать не хотелось.

Гравий, на который девушка опустила ноги, был покрыт инеем. Когда она вылезла из «мустанга», сняв нагрузку с рессор, пожилой автомобиль облегченно скрипнул.

— Решил жаловаться, старый ты сукин сын? — спросила она у машины едва слышно.

Старлинг вдруг вспомнила свой разговор с Ханной — лошадью, на которой она бежала в ту ночь, когда убивали ягнят.

Дверь машины девушка закрывать не стала. Ключи отправились в узкий карман джинсов — чтобы не звякали.

Небо было ясным, луна находилась в первой четверти, и там, куда не падала тень деревьев, Старлинг могла шагать, не пользуясь фонарем. Вначале она шла по гравию по краю дороги. Лежащий неровно рыхлый гравий скрипел под ногами. Проще было идти по колее, что Старлинг и сделала.