Ганнибал

Карло откинул голову, втянул воздух сквозь сжатые зубы и прошипел:

— Piero, andiamo! Tu, Tommasso, rimani.

Томмазо занял свое место в плетеном кресле рядом с дверью.

— Ситуация под контролем, Мейсон, — сказала Марго в видеокамеру.

— Я хочу, чтобы его нос доставили в дом, — заявил Мейсон. — Скажи Карло.

Экран погас. Вывоз Мейсона из комнаты был предприятием весьма трудным как для самого Мейсона, так и для окружающих. Он требовал подключения аппарата искусственного дыхания к новому силовому блоку переменного тока, а всех трубок и проводов — к контейнерам, смонтированным на передвижной кровати.

Марго взглянула доктору Лектеру в лицо.

Поврежденный глаз у него заплыл, а с двух сторон на брови, там, где ее коснулись электроды, чернели пятна обуглившейся кожи.

Доктор Лектер открыл здоровый глаз, на своей щеке он все еще ощущал прикосновение холодного мраморного тела Венеры.

— Мне нравится ваша мазь. Она несет с собой аромат лимона и прохладу, — сказал доктор. — Благодарю вас за визит, Марго.

— Именно так вы выразились, когда воспитательница в первый раз привела меня к вам. В то время они впервые открывали дело Мейсона.

— Неужели я это говорил?

Только что вернувшись из Дворца памяти, где перечитал текст своих бесед с Марго, он знал, что девушка точно воспроизвела его слова.

— Да. Я плакала. Я приходила в ужас от того, что мне придется рассказать все о Мейсоне и о себе. Я также очень боялась присесть. Но вы тогда не предложили мне сесть. Ведь вы знали, что мне наложили швы.

— Ты виновата в том, что случилось…

— …не больше, чем если бы тебя в попку укусила бешеная собака, сказали вы. Мне тогда сразу стало легче. Другие сеансы тоже помогли. Но оценить все это я смогла лишь значительно позже.

— Что еще я вам говорил?

— Вы сказали, что вы даже более странный человек, чем я, и в том, чтобы быть странным, нет ничего плохого."

"— Если вы напряжетесь, то вспомните все, что я вам говорил.

— Прошу вас, не умоляйте меня ни о чем. — Слова эти вырвались у нее помимо воли. Она вовсе не собиралась произносить ничего подобного.

Доктор Лектер слегка шевельнулся, и веревки заскрипели.

Томмазо поднялся с кресла и подошел, чтобы проверить узлы.

— Attenzione alla bocca, signorina. Опасайтесь его рта.

Марго не поняла, что имел в виду Томмазо — рот доктора в буквальном смысле или его слова.