Ганнибал

Ноги Ганнибала Лектера не достают до пола, они освобождены от штанин и похожи на готовый отправиться в духовку ростбиф, поскольку во многих местах перетянуты прочной бечевкой. Каждое кольцо бечевки закреплено отдельным узлом. На Ганнибале Лектере нет ни ножных кандалов, ни наручников, на нем вообще нет ничего, что могло бы повредить зубы свиней и отвратить их от приема пищи.

Когда железная полоса раскаляется добела, Карло кузнечными щипцами переносит ее на наковальню и при помощи легкого молота придает железу форму скобы.

На пленника смотрит видеокамера. Стоящий на паучьего вида треноге современный прибор выглядит в первобытной обстановке амбара совершенно чужеродным телом. На верстаке установлен монитор, экран которого пока еще не светится.

Карло еще раз разогревает скобу и мчится с ней на воздух к вильчатому подъемнику. Он торопится, пока железо еще светится и не потеряло пластичность.

С сеновала доносятся негромкое хрипение и посвистывание. Это Пьеро на коротковолновом приемнике пытается поймать репортаж о футбольном матче. Сегодня его любимое «Кальяри» встречается в Риме с ненавистным «Ювентусом».

Томмазо восседает в плетеном кресле, рядом с ним у стены стоит ружье, заряженное транквилизатором. Его темные глаза священника неотрывно смотрят в лицо доктора Лектера.

Томмазо замечает, что в неподвижно висящем теле что-то изменилось. Похоже, пленник пришел в себя. Этот человек способен на сверхъестественный контроль над собой. Смену состояния выдавало лишь едва заметное изменение ритма дыхания.

В помещение возвращается Карло, в зубах у сардинца, как всегда, хрящик. Хрящик то высовывается сильнее, то совсем исчезает во рту. Карло приносит с собой пару штанин, набитых фруктами, зеленью и дохлыми курами, и натирает штанинами тело доктора Лектера.

Стараясь держать руку подальше от лица пленника, он берет Ганнибала Лектера за волосы и поднимает его голову.

— Buona sera, Dottore.[51]

В мониторе раздается треск, экран светлеет, и на нем появляется лицо Мейсона…

— Включите освещение над камерой, — произносит Мейсон. — Добрый вечер, доктор.

Карло показалось, что в глазах пленника сверкнули красные огоньки, но это вполне могло быть всего лишь отражением раскаленных углей.