Ганнибал

Марго собирала вещи в спортивную сумку и удалялась в жилые покои, куда не было доступа обслуживающему персоналу.

Этой ночью Марго пришла в сверкающий хромом спортзал прямо из комнаты Мейсона. У нее в глазах стояли слезы.

— Привет, — сказал Барни. — С вами все в порядке?

— Просто семейные свары, — ответила Марго. — Я в полном порядке.

Она тренировалась как сумасшедшая. Слишком большие веса, чересчур много подходов.

Барни, не выдержав, подошел к ней, взял из ее рук гантель и сказал, качая головой:

— Вы порвете себе какую-нибудь мышцу.

"

"Когда, закончив упражнения, Барни стал под душ, Марго все еще продолжала крутить педали велотренажера. Горячая вода лилась на него сверху, смывая все заботы длинного трудового дня. Это был общий четырехместный душ с разбрызгивателями наверху и двумя дополнительными головками на уровне поясницы и бедер. Барни любил включать сразу три душа, направляя струи на свое большое тело.

Вскоре Барни уже стоял в густом тумане, отгородившем его от всего мира. С окружающей средой его связывали лишь тугие струи горячей воды, бившие ему в голову.

Барни обожал размышлять, стоя в душе. Облака пара. «Облака». Аристофан. Доктор Лектер рассказывал о ящерице, писавшей на Сократа. Затем Барни подумал о том, что до того, как он прошел перековку под безжалостным молотом логики доктора Лектера, им мог помыкать каждый идиот вроде Демлинга.

Заработал еще один душ. Барни, не обращая на это внимания, продолжал скрести тело. Обслуживающий персонал часто занимался в спортзале, но обычно это происходило по утрам или во второй половине дня ближе к вечеру.

Мужская этика требовала не замечать других стоящих под общим душем спортзала людей, но Барни заинтересовался — кто мог явиться сюда в столь поздний чае. В глубине души он надеялся, что это не Корделл, которого Барни, сам не зная почему, побаивался. Остальные крайне редко посещали спортивный зал по ночам. Но кто же это все-таки, черт побери? Барни повернулся так, чтобы вода полилась на затылок и спину. Сквозь клубы пара перед его взором возникли части моющегося рядом человека — так возникают фрагменты фрески на оштукатуренной стене. Здесь виднелось массивное плечо, там нога. Красивой формы рука растирала мускулистую шею и столь же могучее плечо. Ногти на руке были цвета коралла, того цвета, который употребляла Марго. Ногти на ногах также были окрашены. Нога принадлежала Марго.

Барни снова подставил голову под пульсирующую водяную струю и глубоко вздохнул.